— Не урчи, нам есть, что еще обсудить, — Кай переводит взгляд на Лоа, — Изучи клинок, можно ли его переплавить, чтобы он не потерял в свойствах. Мне неприятна мысль, что существует только одно оружие, по возможности оно должно быть у каждого из нас.
— Суть в материале, — киваю, — Это может сработать.
— Займусь, — Бриджит встает с места и уходит в спальню, Изабель переглядывается с Паркером и спешит за ней.
Вздыхаю. Что мы не учли? Любая мелочь, которую я не удосужусь вспомнить, может стоить нам жизней, даже сейчас, когда мы более любого другого существа приблизились к бессмертию.
— Зелье больше не работает, я не слышу твоих мыслей, — тихо произносит Кай и подходит к окну, — Было бы неплохо, если бы ты их озвучивала.
— Нам нельзя долго выжидать, в прошлый раз это плохо кончилось.
— Я не буду смотреть, как ты умираешь или даже страдаешь, хватит, — доводилось ли мне раньше слышать этот тон, с которым он последнее время говорит? Не спрашивает и не советуется, он приказывает, отдает распоряжения и ставит перед фактом, — Те, кто действительно важен, неуязвимы, а до остальных мне нет дела.
— Марсель и его вампиры, которых мы подвергаем опасности просто находясь в городе, тоже важны, — невольно повышаю голос, — Люсьен, твой друг, — указываю на еретика пальцем, — Он важен, а Изабель…
— Моя совесть простит мне всех, Ринз, кроме тебя.
— Мне нет дела до твоей совести, Кай, — ударяю ладонью по столу и подаюсь вперед, — Я не собираюсь идти к этой победе по трупам своих друзей.
Противно скрипит дверь ванной комнаты.
— Вам бы дать мне одежду, — мурлычет вампирша, выглядывая на нас, — Но я могу и сама дойти до шкафа, если это никого не смутит.
— Motus, claudere — еретик, не оборачиваясь, взмахивает рукой и запирает Пирс, — Только пискни там, я тебе глотку вырву, — говорит раздраженно, тихо ругается, услышав вибрацию, лезет в карман и, нахмурившись, смотрит на экран, затем передает смартфон мне, — Прочитай, проверю, как у них дела, — уходит в спальню.
Подавляю порыв завыть от злости, послушно открываю файл, что прислал один из людей Люсьена, и принимаюсь изучать информацию о Моррисе.
Данных довольно много. Кардиохирург с безупречной репутацией, недолго преподавал до того, как узнал о своем диагнозе. Рак поджелудочной, если верить записям, считается одним из самых агрессивных. Любимец своих студентов и коллег, семьянин. Не привлекался к суду, не был пойман на взятках. Он идеален, по-настоящему добр и бескорыстен, таких сейчас мало. Почему Барон выбрал его? Почему нужен был именно такой образцовый, совестливый человек?
Вздыхаю, что-то это напоминает, когда-то Изабель искала подобного. Женщину, которую мы принесли в жертву, чтобы вернуть Кая.
— Кто после смерти попадает в ваш мир? — кричу через стену, — По-моему, тут как раз этот случай.
Встаю и подхожу к окну, вспомнив, что так и не купила сигареты.
Лоа приносит Кэтрин одежду и велит уходить. Мы все вновь собираемся на кухне, где приходим к некоторым выводам. Похоже, Барон хочет использовать Морриса, как маяк, чтобы можно было легче переместиться в мир мертвых, когда тот умрет. Для ведения переговоров это самое безопасное место в нашем положении. Разговор, в отличие от предыдущего, поднимает настроение, потому что, если нам и правда назначают встречу, скорее всего Барона действительно не сломали. Не было бы смысла звать Бриджит туда, там у них не получится навредить друг другу, похитить ее оттуда он тоже не смог бы. Они будут только говорить.
— И как ты перенесешь нас туда? — прерывает еретик мои рассуждения, обращаясь к Лоа.
— Никак, — хмурится та.
— Думаешь, пойдешь одна? — он поднимает бровь, — Думаешь, мы отпустим?
— Это безопаснее, чем то, что мы делаем сейчас, Кай.
Беру Бриджит за руку.
— Дело не в опасности, — говорю, — Но мы заслужили услышать, что он скажет, лично, а не от тебя, — пожимаю плечами, — Что бы он не сказал.
Я так уж точно. Нет, во мне не проснулась злость за то, что он натворил, если ему пришлось такое сделать, будучи в своем уме, Барону гораздо хуже, чем нам. У него должны быть причины, хорошие причины, чтобы на это пойти. И я хочу их узнать от него, хочу понять, как эта ситуация выглядит с его стороны.
— Это довольно просто устроить, — произносит Изабель, — Поставь Рине метку для связи, которую ставила Каю, — кивает на еретика, — Ты сможешь взять их с собой в качестве призраков.
— А наши тела? — напрягается Паркер, — Если это ловушка, мы будем беззащитны.
— Я сделаю барьер, — кивает Лоа, смотря перед собой, она опять принялась думать, просчитывать.
— Оставим их не тут, — качаю головой, — Не в Новом Орлеане.
— Остров? — предлагает еретик.
Бриджит выходит из раздумий и еще раз кивает.
Мы прощаемся с Изабель и просим рассказать все Марселю и остальным, а сами прыгаем на пляж. Бриджит уверяет, что у нее все есть для установления барьера, поэтому до назначенного дня нам надо только поставить мне клеймо и придумать, как разделить клинок на четыре части, чтобы каждый мог вооружиться. Пока наделенные магией этим занимаются, я остаюсь предоставленная самой себе.