Так, он же может их вернуть. Что мне делать? Расчленять их и раскидывать части по острову у меня времени нет. Черт!
Я просто зайду в дом, подожду, пока ублюдок придет посмотреть, что с ведьмами, и убью его. Один удар, один стремительный точный бросок, а с кланом я как-нибудь справлюсь после. Даже все они вместе взятые не смогут убить меня, главное — убрать Када.
Ожидание у двери затягивается. Неужели они планируют найти меня на пепелище? Он ведь должен был понять, что ведьмы умерли, не мог не понять.
Вздыхаю, потерев уставшие глаза. Улавливаю слабый толчок, будто воздух пошевелился. Прокусываю запястье.
— Барон Суббота, Мама Бриджит, — громко, дрожащим почти плачущим голосом, — Я тут, возвращайтесь.
Едва загоревшаяся надежда перемешивается с кроличьим страхом. А вдруг это не они? Вдруг этот толчок означал, что Кад начал ритуал? Может он отправить в тот мир не только меня, а весь остров?
Магия волной проходит по коже, едва успеваю еще больше испугаться, как позади раздается хлопок.
— Ринз? — знакомый голос возвращает к рассудку.
— Я тут, — срываюсь с места в соседнюю комнату и бросаюсь к еретику на шею.
Стоически держусь и не всхлипываю, задержав дыхание, но слезы предательски льются ручьями. Я больше не одна. Они тут, они живы, и теперь мы со всем разберемся.
— Мы вернулись, все хорошо, — шепчет Кай и прижимает к себе еще сильнее, гладит по спине.
— Этот ублюдок вынудил нас прыгнуть в мир мертвых, — без интонации произносит Бриджит, — Прости, что так долго, мы тебя сразу услышали.
— Молодец, что не прекращала звать, — невесело улыбается Барон, — Это помогло нам настроиться.
Отлипаю от Паркера и вытираю глаза. Оглядываюсь.
— Что мы будем делать? — спрашиваю.
Еретик переглядывается с Лоа, те понимающе кивают. Бриджит достает четыре склянки со знакомым серебристым зельем.
— Осталась только твоя кровь, Ринз, — поясняет Кай, — Нам надо быть на связи, возможно, придется разделяться.
Надкусываю палец и послушно капаю в каждую ампулу. Затем мы все выпиваем свою дозу. Беремся за руки, закрывая глаза. Странно будет впускать в голову еще и Лоа.
Еще раз все проверяем и киваем друг другу.
Какое-то подобие спокойствия и уверенности остается со мной ровно до тех пор, пока не покидаем дом. Дьявол, надменно улыбаясь, бросает что-то едкое и поднимает настоящий ураган. Ведьмы позади него читают странное заклинание на языке, похожем больше на стрекотание цикад, чем на человеческую речь.
Ноги будто приварены к земле, а вены изнутри жжет огнем. Кислота вместо крови, ну конечно. Падаю на колени, задыхаюсь, с кашлем из горла выходит что-то черное и густое, мерзкое на вкус.
Кай ломает шеи всем, но падают только ведьмы, буря не прекращается, будто они тут были только для антуража. Кад слегка поворачивает голову, но даже не моргает, не корчится.
Не разбираю слов заклинаний, что выкрикивают Лоа, вижу, как колдун остается без сердца, но ему, оно словно было и не нужно.
Это бесполезно, его можно убить только нашими клинками, хоть сожги его, хоть голову оторви. Все ни по чем.
Никто из нас не может, он всех прибил к земле.
Отправьте его в мир мертвых. Вы это можете? Вы же боги, а он мертвый. Он по законам природы должен вам подчиняться.
Вспоминаю, как вернулась в дом, там не было ни капли на полу. У него есть моя кровь. Он взял ту, что я пролила, чтобы позвать вас.
Кад поднимает глаза, дым постепенно рассеивается, а буря, хоть и не утихает, но перестает заволакивать небо. Поднимаюсь на ноги.
Марс. Красный и такой близкий, уже почти скрыт тенью Земли.
— Время почти пришло, — произносит колдун, взмахивает рукой, откидывая Лоа и еретика в сторону.
Пытаюсь сдвинуться с места, прикладываю столько сил в этом порыве, что ломаю лодыжку, вновь с криком падая на колени.
Верни меня, Кай, пожалуйста, верни меня оттуда.
Стрекочущее заклинание приводит воздух в движение. Неизвестно откуда, но Дьявол достает небольшой клинок, подвешивает его в воздухе и вытаскивает из внутреннего кармана небольшой желтый камень и ампулу. Сталкивает их магией в воздухе. Гелиодор разбивается о лезвие, придавая ему золотистое свечение, кровь окрашивает рукоятку в алый.
Не слышу, что кричат Лоа, у колдуна ломаются кости, но шага в мою сторону он не сбавляет. Смакует каждый, прежде чем остановиться метрах в десяти.