У Поспѣлова почему-то дрогнули вѣки. Маркизъ вопросительно, чуть не тревожно вперилъ глаза въ говорившую.
Но алыя губы ея улыбались теперь опять съ тѣмъ "сегto non so ché di voluttuoso" [63] что неотразимо чаровало его въ этой "сѣверной женщинѣ", и лепетали любезно и лѣниво:
— Вы ѣхали ко мнѣ съ визитомъ, cher marquis; я предлагаю вамъ мѣсто въ моемъ экипажѣ и обѣдъ à la fortune du pot; вы мнѣ за столомъ разкажете подробно о Tony и o "вѣчномъ городѣ".
Прозорливый Италіянецъ былъ обезоруженъ. Онъ молча, съ радостно забившимся сердцемъ, поклонился въ знакъ согласія и, подставивъ, не откладывая, локоть молодой женщинѣ, повелъ ее мѣрнымъ шагомъ къ выходу.
Она усадила его рядомъ съ собою въ ландо. Поспѣловъ занялъ мѣсто на передней скамьѣ; во все время пути онъ поводилъ глазами то вправо, то влѣво, тщательно избѣгая встрѣтиться ими со своими спутниками, и сложивъ губы трубочкой, свисталъ не слышно какую-то арію.
