Бездна, полная звёзд полностью

Словно пуля, выпущенная из пистолета, я бросился обратно. Джунгли молчаливо взирали на моё отчаяние. Скорее вибрациями тела, души уловил тяжёлое дыхание зверя. Раздвинув заросли там, откуда доносился звук, передо мной предстала картина: чёрный пёс сел, опустив голову, и шумно дышал. Высунутый язык, говорящие глаза с застывшей просьбой – этого было мне достаточно. Я осторожно подошёл и погладил его по голове, бархатная шёрстка была колючей. Пёс повёл ушами и аккуратно лизнул руку, потом ещё и ещё. Несколько минут мы утешали друг друга - он лизал руки с тщательностью педанта, я - гладил бока, морду, нос, чесал живот. Собака неуклюже трясла ушами, её преданный взгляд запал в душу. Я нашёл друга и в этом мире. Так я вспомнил всё.

***

Джина с интересом наблюдала за мной, а голова у меня шла кругом. Всё было так же как и в прошлый наш разговор, словно и не было джунглей.

 — Надоело!  — агрессивно буркнул я первым.

 — Это ведь тот выход, что ты сам выбрал. Я предлагала остаться в изначальном мире.

 — Предлагала? Ты понятия не имеешь о моей жизни! Ни здесь, ни там! – я нарезал круги по комнате, напичканной висящими в воздухе мониторами.. Хорошо хоть провода не путались под ногами: в моём мире уже споткнулся бы.

Джина следила за моими перемещениями с интересом учёного. Кажется, чего-то ждала. Я решил оправдать ожидания: не погонится же она за мной!

В очередной поворот, круто развернувшись, я тремя прыжками достиг выхода, мгновенно оказавшись в холле. Лифт доставил меня на первый этаж. Евы я там не нашёл, вместо е кабинета была абслютно пустая комната, словно там вообще никогда никого не было. Я метался по холлу, будто только что пойманный в клетку хищник. Вернулся в комнату с Джиной – и снова  абсолютно пустое помещение, соседняя - вела в мир, полный холода и высоченных глыб льда посреди студёной воды. Дыхание севера обожгло даже здесь, по эту сторону. Успокоившись, я медленно отошёл. Последняя дверь вела в пустыню.

Я отправился исследовать третий этаж. Может, там тоже другие миры за самораскрывающимися дверьми? Была у меня версия, что это симуляторы, но проверять ни возьмусь! Лифт полз вверх должно быть, целый год! Наконец, он выпустил меня в полутёмный холл третьего этажа. Те же изумрудно-малахитовые стены, гигантская выпуклая жила - змея. Три двери слабо опалесцировали в полумраке синим. Я выбрал среднюю.

С подозрительной поспешностью та бесшумно отъехала в сторону, приглашая в мир сине-зеленых цветов на изумрудной траве. Я рывком преодолел разделительную черту. Крупные цветы доходили мне до колена, беседка с ажурной крышей у подножия лестницы была пуста, повсюду цвели мелкими фиолетовыми каплями кусты. Смеркалось, пахло лавандой и карамелью, вдалеке журчала вода. Где-то кричали цикады. Словно в детской книжке, когда принцесса вот-вот встретит принца верхом на единороге. Был подобный грех: отчаянно нравилась мне девчонка из параллельного класса, зачитывающаяся подобными историями и обсуждающая их с подружками на переменах. Чтобы привлечь её внимание я прочитал полностью одну из них. Окончательно “добила” финальная слащавая сцена с невесть откуда взявшимся единорогом.

Не задерживаясь внизу, я быстро миновал первые ступени лестницы.

 — Подождите меня, прыткий молодой человек! – прозвучал из-за спины насмешливый высокий женский голос. Резко обернулся: мулатка неопределенного возраста с темными длинными чуть вьющимися волосами, перехваченными в хвост, поднималась следом. Сливовый брючный костюм лишь оттенял светлый для полукровки оттенок кожи. В её присутствии хотелось сжаться в комок и помалкивать.

Наверху открылся вид на похожую беседку с ажурной крышей. На заднем плане шумела и вспенивалась вода, низвергнутая с небольшой высоты. От водопада брала начало узкая река и терялась где-то сбоку. Веяло прохладой, пахло свежестью.

 — Пойдемте в беседку, я люблю здесь подолгу сидеть. Думаю, вы знаете кто я.

 — Дэниель Торкс.

 — Верно.  А вы - Дмитрий Максимович Иллионов,  — вкрадчивый голос, твёрдый взгляд и вертикальный шрам сантиметров девять на правой щеке – вот она, начальница Евы! Что-то мне подсказывало: с ней надо держать «ухо востро».

Дэниель присела на ажурную белую скамейку и жестом пригласила меня присоединиться. Я отказался.

 — Как хотите. А чего вы вообще желаете, кстати?

 —Чтобы нам позволили спокойно жить.

 — Вместе с Евой?  — сдержанный смех обнажил крупные белоснежные зубы.  — А вы уверены, во-первых, что она хочет с вами жить? А во-вторых, вам здесь не место, Дмитрий! Да вы и сами это знаете!

 — Вы ошибаетесь.

 — Какая самоуверенность! Это ещё одно доказательство вашей непохожести на нас,  — разговор шёл таким тоном, словно речь велась не о человеческой судьбе, а о расписании поездов на завтра.  — Поймите: в Эллионе никто ничего не решает единолично! Вы, например, сможете так жить? Не перебивайте меня! У нас мало времени.

Какое-то время она смотрела мимо, видимо, подбирая слова.