– Не спорь! Два – три дня ничего не изменят! Ровным счётом!
– Мам! Ну, правда! – поддержал отца Рома, – в больницу хочешь? В жару, сама говорила, опасно болеть простудой!
Блэкки незаметно подошёл сбоку. Положив лапы ей на колени, заглянул чёрными блестящими глазками в лицо. Кирилл рассмеялся: – Только посмотри на него, мам! И он просит! Ну, останься, а? Ну, мам!
Вадим достал малиновое варенье, мёд.
– А молоко? Нет его! Молока! – заглядывая в холодильник, удивлённо воскликнул. – Ребята!
– Что ещё купить? – Кирюша, готовый, что называется на всё, стоял у входной двери.
– «Что ещё купить?», – переспросил муж, вопросительно глядя на неё.
Саломея улыбнулась, прохрипев: – Клубники хочу!
Вадим, улыбаясь чему-то своему, хмыкнул. Взгляды супругов встретились. Они заговорчески улыбнулись друг другу. Затем недоумевающему сыну: – Беги, Кира! Одна нога здесь, другая… – Мальчик удивлённо взглянул на родителей. Клубника. Подумаешь! Что такого сказала мама?
Блэкки, внезапно подбежав к двери, громко заскулил. – Ты же гулял! – Кирилл потрепал собаку.
– Забирай его, куда деваться! – предложил отец.
– Ну, пап! Я же быстро хотел! – надевая ошейник, – а знаете, чего он рвётся на улицу?
– Все собаки любят гулять, бегать и вообще! – пожал плечами Роман.
– Не угадал! – воскликнул Кирилл. – Подружку себе нашёл! Тоже ньюф, вернее, ньюфу, из соседнего дома! Утром еле оттащил!
На следующий день Саломее, благодаря общим усилиям всей семьи, стало гораздо лучше.
– Я немного задержусь по одному важному делу! – бросила она в пространство квартиры. Её никто не слышал, никто не видел, – все были заняты и уверены, что и этот день она проведёт дома.
К великому изумлению, лифт не работал. Саломея уже спускалась в сторону цокольного этажа, когда услышала обрывки разговора.
– Что ты хочешь этим сказать?! Как это? Увольняюсь!!! Вместе начинали, поднимали всё! Ты забыл? А я? Ты не можешь уйти в такую минуту!
– Да не забыл я ничего! – отвечал другой с отчаянием и очень тихо. Но предательское громогласное эхо доносило до слуха Саломеи каждое слово. Затем выкрикнул:
– Устал я!!! Я отдаю все силы нашему общему делу… Нет! Ты видел? С тех пор, как мы сделали его своим шефом… Теперь я понимаю, это было нашей ошибкой!!!
Молчание. Затем тот же отчаянный голос:
– Я провожу всё больше и больше времени на работе, но всё реже вижу его вместе с нами, он постоянно недоволен всем. Отлучается! Шифрует что-то!!!
– Только на тебя и можно положиться! – начал, было, первый голос. – Большой заказ, новый проект…
– Вот-вот и я снова без отпуска! Дошло до того, ступи я на порог собственного дома, – звонок! Краткое совещание по телефону!
Первый голос в ответ усмехнулся.
– Мы с Лоркой в постели, всё такое, – звонок! Представляешь?!
– Слушай, не хотел бы я…
– Договаривай, раз начал! – Молчание. – Хочешь сказать, дело в моей жене? Так?! Да?! Я прав! Не увиливай! Я давно кое-что просёк!
– Ну, ты у нас гений! Голова, одним словом… Что-нибудь придумай!
– Значит, так оно и есть! – продолжил уж очень решительно отчаянный голос. Другой вторил:
– Дошло?! Умница! – дальше совсем тихо, почти не разобрать. Шёпот. – А заодно, двух зайцев… Нет, правда! Ты готов пойти на это…
Осёкся один из них, увидев её. На ступеньках двое молодых мужчин. По внешнему виду легко определить, – сотрудники стабильной процветающей компании.
Проходя между ними, поймала на себе настороженный, почти ненавистный взгляд того, кто не закончил фразу. Прибавила шаг. Взгляд безразлично – холодных глаз оставил неприятный осадок. Миновав несколько небольших лабиринтов в огромном коридоре, наконец, распахнула дверь. Солнечный день на миг ослепил, оглушил. Нажав на брелок, слегка прищурив глаза, спешно юркнула в салон автомобиля. Сработавший кондиционер тут же обдал прохладой. «Боже! Моё горло!». Убавила мощность, мельком взглянула в зеркало заднего вида. Хотела нажать на газ, но что-то заставило её продолжить размышление. Откуда-то появилась жалость к самой себе. И у Пашкова в кабинете почти что так! Его коллег, – их можно понять. Крутятся среди всей этой мерзости. Нервничают, на них давят, они давят…
