Он рвётся прочь из резервации. Нет, против семьи Таши’ни он ничего не имеет – они достаточно гостеприимны, хоть и несколько холодны по отношению к нему; по-настоящему их заботит только Лев. Резервация представлялась Коннору всего лишь короткой остановкой на пути к главной цели. Однако дни проходят, и хотя кажется, будто они еле ползут, на самом деле каким-то непонятным образом они летят с головоломной скоростью. Короткая остановка растянулась на две недели. Ну да, Лев, конечно, нуждался в лечении, но теперь-то он уже поправился достаточно, чтобы продолжить путь. В отличие от застывшей в неизменном покое резервации окружающий мир не стоит на месте. Заготовительные лагеря продолжают разбирать детей, «Граждане за прогресс» продолжают лоббировать ужесточение законов в отношении разбираемых. Пока Коннор с товарищами отдыхают, ситуация снаружи ухудшается с каждым днём.
Решение проблемы, или, по меньшей мере, его часть, безусловно нужно искать у Дженсона Рейншильда. Трейс, правая рука Коннора на Кладбище, был в этом убеждён, а Трейс ошибался крайне редко. С того самого мгновения, когда Коннор узнал, что Рейншильд был мужем Сони, это знание засело внутри него тяжёлым, неперевариваемым комом, словно протухшее мясо. Чем скорее они доберутся до Сони, тем скорее Коннор избавится от этой тяжести.
– Да что там такого в Огайо важного, что мы должны лететь туда сломя голову? – интересуется Грейс, закусывая арапачской жареной лепёшкой. – Арджент говорит, там только собачий холод и очень толстые люди.
– Тебе этого не понять, – отрезает Коннор.
– Потому что я слабоумная?
Коннор морщится. Он имел в виду совсем другое, а прозвучало грубо.
– Да нет, – говорит он. – Потому, что ты не беглец. Тебе разборка никогда не грозила, вот ты и не можешь понять, почему я готов рискнуть всем, чтобы остановить ее.
– Я, может, и не кандидат на разборку, но всё-таки тоже в бегах, как ни крути. Я сбежала от своего брата, и если он меня найдёт, то прикончит на месте.
Ну, тут Грейс, кажется перегнула палку. Хотя кто его знает… Нет сомнений —Арджент поколачивал сестру, но способен ли он на убийство? Ну разве что на неумышленное… Хотя, если честно, Коннор вполне допускает, что впавший в слепую ярость Скиннер в состоянии забить Грейс насмерть. И даже если это и не так, то сама девушка верит в это, для неё угроза очень даже реальна. Так же как и они с Львом, Грейс – беглянка, хоть и по другой причине.
– Мы не допустим, чтобы он причинил тебе вред, – твёрдо говорит Коннор.
– Никогда?
Коннор кивает:
– Никогда, – хотя и осознаёт, что обещание это сдержать сложновато, ведь они с Львом не вечно будут присутствовать в жизни Грейс.
– Так кто этот человек, за которым вы охотитесь?
Коннор подумывает дать уклончивый ответ, мол, «да так, есть там один», но решает вдруг выказать Грейс уважение, которого она никогда и ни от кого не удостаивалась прежде. Он рассказывает ей всё, что знает. Вернее сказать, чего не знает.
– Дженсон Рейншильд разработал технологию нейропрививки, сделавшую возможным разборку. Он учредил организацию под названием «Граждане за прогресс» . – Я слышала о них, – вставляет Грейс. – Они вроде помогают бедным детишкам в Индии и всё такое?
– Угу, помогают. Наверняка чтобы потом разобрать их на запчасти. Дело в том, что Рейншильд не планировал использовать своё открытие для разборки. Собственно говоря, он учредил «Граждан за прогресс» специально для того, чтобы они не допустили злоупотребления новой технологией. Но случилось так, что другие люди захватили контроль над организацией и совершили переворот. Теперь «Граждане» выступают за разборку, манипулируют средствами массовой информации и, говорят, даже Инспекция по делам несовршеннолетних у них на крючке.
– Дело дрянь, – мямлит Грейс с полным ртом.
– Точно. Но что ещё хуже – что они стёрли Рейншильда с лица земли.
– Как?! Убили?
– А кто его знает. Нам известно только, что его убрали из истории, словно он никогда не существовал. Мы и нашли-то его только благодаря одной статье, в которой его фамилия была напечатана неправильно. Так вот, мы с Львом решили, что такая могущественная организация не заставила бы человека исчезнуть только потому, что он всего лишь высказался против неё. Мы думаем, Рейншильд стал настолько опасен для «Граждан» , что они сочли нужным расправиться с ним. А всё, что для них опасно, может послужить нам оружием. Вот почему мы должны найти его жену, Соню – она все эти годы скрывается в подполье.
Грейс слизывает жир с пальцев.
– Знала я одну Соню в Хартсдейле. Стерва, каких поискать, и на физиономии у неё такая штука торчала, похожая на кучку собачьих какашек. Она пошла к врачам, чтобы убрали эту гадость, и трах-бах, прям на столе с ней случился инфаркт, так что хирурги не успели даже запасное сердце ей вставить. Арджент сказал: надо же, у неё вообще было сердце! А мне её жалко стало. Помереть из-за какашки на морде – слышал что-нибудь глупее?
Коннор невольно улыбается.
– Вот уж правда.
