Сердце Джинкс сдавило. Сейчас ее вытошнит. Она встала, как сквозь туман видя, что Эрик поднялся и обошел вокруг стола. Он так медленно подошел к ней, что она даже удивилась, когда почувствовала его руку на своей. Джинкс встретилась с ним глазами - с его стальными серыми глазами. Они приказывали ей стоять и не давать той пропасти, что разверзлась перед ней, увлечь себя. Эрик держал ее за руку.
- Может быть, пойдем прямо сейчас и пошлем телеграмму? Хорошо, мама? Мы можем послать тете Джо телеграмму и попросить у нее разрешения на то, чтобы Джинкс поехала с нами.
- Ты что, не можешь дождаться субботы? "Нет, скажи "нет"", - молили глаза Джинкс.
- Дело не в этом. Просто мы скоро будем загружать "Тихоокеанскую колдунью", и я хочу к семнадцатому быть во Фриско.
- Безусловно, вы можете попросить у нее разрешения, но я очень сомневаюсь в том, что Джо позволит Джинкс поехать в Сан-Франциско без соответствующего сопровождения.
Эрик рассмеялся:
- Но ведь с нами будет отец! Разве можно придумать лучшего сопровождающего, чем он? - Он повернулся к Джинкс. - Почта на другом конце двора. Ты можешь даже не надевать шляпки. - Он повел ее к дверям.
Снаружи Эрик обнял ее за талию.
- Ты чуть не упала в обморок, Рыжая. С чего бы это? Может быть, нам стоит немного поговорить, прежде чем послать ту телеграмму?
Он отвел ее в сад к укромной скамейке за изгородью.
- Ну, а теперь, красавица, я хочу узнать, почему ты в таком волнении из-за приезда своей семьи.
Она попыталась было отвернуться, но он взял ее за подбородок и притянул к себе.
- Скажи мне, Рыжая, ты можешь мне довериться.
Рыдания охватили ее - совсем как в ту ночь, когда мать сказала ей, что Райль - ее брат.
- Я так отчаянно люблю его, - всхлипывала она, - мы хотели пожениться, но теперь.., мы не можем. О, Эрик, я хотела бы умереть.
Его руки накрыли ее словно одеялом, мягкая борода коснулась щеки.
- Счастливчик, - пробормотал он.
Джинкс почувствовала его губы на своих волосах, щеках, веках. Она подчинилась ему и постепенно расслабилась в нежной теплоте его ласк, пропитанной знакомым вишневым запахом.
"По крайней мере хоть кто-то любит меня, - подумала она. - Хоть кто-то еще хочет прижать меня к себе".
Рыдания ее прекратились, и она затихла, прижавшись к нему.
- Лучше? - прошептал он. Она кивнула, и медные пуговицы его пиджака оцарапали ее щеку.
- Твоя семья не одобряет твоего молодого человека?
- Да. - Джинкс было проще, чтобы он так думал. Она ведь не могла рассказать ему, что Райль - наполовину брат ей, не могла поведать правду об отце и Гейл Толмэн. Джинкс уставилась на аккуратно подстриженную изгородь и поздно цветущие розы. Если она останется здесь, то все обо всем узнают. Она не может смотреть на Райля так, чтобы не обнаружить своих чувств к нему. Как сможет она удержаться от того, чтоб не броситься к нему в объятия и не объявить во всеуслышание, что любит его? Джинкс знала, что не сможет этого сделать.
Эрик непременно должен увезти ее в Сан-Франциско. Должен! Все что угодно, только бы не видеть Райля! Может быть, потом, когда-нибудь, но не сейчас. Эрик протянул ей платок.
- Не хочешь открыться, кто этот счастливчик?
Джинкс вытерла нос, удивленная тем, что не выболтала имя Райля, и обрадованная тем, что Эрик не догадался.
- Какое это имеет значение, - наконец сказала она.
- Наверное, никакого.
Она села, пригладила волосы и расправила смявшуюся юбку.
- Я намочила тебе рубашку. Эрик испытующе смотрел на нее:
- Он живет в Глэд Хэнде? Да? Она кивнула.
- И ты не хочешь возвращаться в Хэрроугейт, где тебе все время придется видеть его, да?
- Я не могу находиться рядом с ним и вести себя так, чтобы никто не догадывался о моих чувствах.
- А почему ты не хочешь просто-напросто остаться в Миллтауне? Мама была бы рада.
- Нет, я не могу, - прошептала она, - у твоей матери на руках будет новорожденный. И еще Райль тоже будет жить здесь, знаешь, когда будет учиться бизнесу у дяди Уилли. Джинкс сама удивилась тому, как просто из ее уст прозвучало имя Райля. - Твоей матери будет трудно, если здесь будут жить еще два человека. О, Эрик, давай просто пошлем маме телеграмму и попросим у нее разрешения на мою поездку в Сан-Франциско!
- Но ведь раньше или позже ты все равно увидишь его.
- Я знаю. Но я хочу поехать с тобой.
- И я хочу, чтоб ты поехала. - Он осторожно коснулся ее щеки.
- Если б только у меня было побольше времени, я заставил бы тебя позабыть того парня, кем бы он ни был. Если б только побольше времени... - Неожиданно он поставил ее на ноги и прижал к себе. - Ах, ты прекрасна. Я забываю о том, что ты все еще ребенок. Черт побери, Рыжая, от тебя у меня по жилам струится не кровь, а огонь. - И он закрыл ее рот своим.
Поцелуй его был совсем непохожим на поцелуй Райля, и все же тело ее отозвалось на него, и, когда он высвободил ее из своих объятий, она закачалась. Наконец Джинкс пришла в себя:
- Кузен Эрик, ты не джентльмен, ты знаешь об этом?
Он усмехнулся:
- Вокруг тебя хватает джентльменов, Рыжая. Что тебе больше всего нужно, так это чтобы кто-нибудь показал тебе наконец, что такое настоящая жизнь.
