Ванс разошелся, припоминая рассказы о подвигах предка. Если ему верить, выходило, что прадед один положил в стычках больше людей маркграфа, чем сейчас обитает во всей Элерии. Морт не прекословил, пусть болтает. Люди везде одинаковы - и по ту сторону гор, и по эту. И те, что живут в теплой тени башен, и те, что называют себя вольными. А Ванс болтал и болтал, может, всегда был говорливым, а может, так из него выходил пережитый страх. Он то и дело искоса поглядывал на Морта - ждал ответов.
- Чего молчишь? - наконец не выдержал проводник. - Не веришь, что ли?
- Можешь считать, что верю, так будет проще.
- Ну так не шагай бессловесно, ты поддакивай, удивляйся… ну, или спорь, прекословь мне! Чего ж молчком? Тоскливо так-то… за разговором и дорога короче.
- А далеко еще до ночлега? Ты говорил, к людям придем?
В лесу была тень, но, когда Ванс выводил на пригорки или поляны, Морт видел, что солнце уже сползло к самому горизонту.
- А мы уже пришли! Или не чуешь?
Морт сперва не сообразил, о чем толкует спутник, потом и он ощутил - потянуло дымком. Они снова шагали в зарослях, кривые худосочные деревца заслоняли обзор, и о близости жилья говорил только запах. Ну, и еще тропка, но следопыт из Морта был неважный, он вполне мог спутать звериную тропу с протоптанной людьми или вражцами.
- Как же вы живете-то, летние? - удивился Ванс, - в лесу ж ты пропадешь, если в двух шагах от жилья дорогу не сыщешь!
- Пропаду, - согласился Морт, - для этого ты мне в проводники и нужен был. Разве не так?
- Скучно с тобой, - объявил Ванс, - не споришь, на все соглашаешься. Хоть бы для вида поспорил, что ли… Вон, глянь, уже ограда виднеется.
И впрямь, Морт разглядел среди деревьев темную стену. Частокол из почерневших от вечной сырости кольев высотой в два человеческих роста, а то и больше. На колья были насажены черепа - клыкастые, звериные. Ни человеческих, ни вражцовых останков Морт не приметил. И то уже хорошо! А вообще выглядела ограда мрачновато. И еще странное дело - позади ограды не маячили кровли. Дым поднимался, как же иначе! В холодном климате без огня не прожить, но ни труб, ни крыш не видать. По другую сторону гор, в летних землях строения всегда выше, чем такая ограда, их верхушки непременно должно быть видны снаружи.
- Ты это, - озабоченным тоном заговорил Ванс, - держись позади и помалкивай, говорить я стану.
- Говори, конечно, - согласился Морт, - у тебя отлично выходит. - Я и не знал, что ты так много говоришь. Пока нас в Галдерберн вел, все больше молчал, а тут вон как разговорился. Валяй в том же духе.
Ванс вряд ли понял все, что сказал Морт, ему было не до того, проводник обдумывал, как бы половчей устроиться в этом поселке. Судя по размерам ограды, народу там обитало несколько десятков. И казалось, Ванс не очень-то уверен в том, что здесь путникам будут рады. Вокруг ограды деревья были вырублены. Вряд ли из соображений безопасности, воевать здесь было не с кем. Скорей, все, что росло неподалеку от жилья, пошло на топливо. Ванс вышел на открытое пространство и остановился. Морт, как и было ему сказано, держался позади.
- Пусть заметят меня, а то еще решат, чего доброго, будто подкрадываюсь. Бабы здешние вздорные, мозгов у них мало. Да и мужья их тоже остолопы, но с ними столковаться можно, а сейчас все в холодный город за Большим ушли, одни бабы остались… о, вон, гляди-ка, показались.
Над оградой возникло несколько бесформенных силуэтов - в неверном вечернем свете они казались Морту скорей звериными, чем человеческими. Пока не разглядели Ванса, прятались, только мохнатые макушки торчали среди черепов, Морт их и не рассмотрел толком, потому что стена поросла многолетними бородищами мха, лишайниками, покрылась грязевыми потеками, только черепа, отбеленные ветром и дождями, светлыми пятнами выделялись среди мохнатых черных наростов. Лохматые силуэты мешались с наростами мха. Приглядевшись, Морт понял - на стене стоят женщины в бесформенных меховых одеяниях, их нечесаные волосы сливаются с облезлыми нарядами.
- Это я, Ванс! - окликнул проводник. - Майфа, Сида, переночевать надо!
Мохнатые фигуры на стене пошевелились, женщины переглядывались.
- Кто с тобой? - окликнул старушечий голос.
- Человек чужой! Большой велел ему помогать! Меня в проводники снарядил! Ну, отворяйте уже, что ли! Солнце-то вот-вот закатится!
