Изъяснялись на местном наречии, поэтому она, к сожалению, не понимала ни слова, однако мимика и жесты двух противников служили неплохой иллюстрацией. Молодой воин яростно что-то говорил, сверкая глазами и время от времени тыча пальцем в сторону вожака. Катиар отрывисто отвечал, выплёвывая слова так, точно они обжигали ему губы. Ятрагор хмурился всё больше, но стоило Майпрангу упасть на одно колено и склониться перед мечом-божеством, приложив к груди руку с одним из клинков, как в глазах старого жреца мелькнуло что-то, похожее на замешательство. Вожак повторил движения молодого волка, резко что-то рыкнув, и тишина вокруг стала будто ещё гуще и пронзительней.
Аглая сглотнула подкативший к горлу комок. Призрачная надежда отговорить Майпранга от схватки растаяла без следа, оставив за собой лишь мимолётное горькое послевкусие. Не было нужды знать местные обычаи, чтобы понять – именно так и выглядит ритуал по вызову на поединок.
– Жив полуярок… Пока… Ненадолго! – девушка вздрогнула и резко обернулась на голос, встретившись глазами с торжествующим взглядом вожака, смотревшего на неё в упор…
…Она стояла в своём шатре, чуть дыша. Сердце бешено колотилось, сначала от быстрого бега, а теперь ещё и от накрывающего с головой отчаяния. «Жив … ненадолго!» – звучали набатом в голове слова. Бой не отменить… Бой состоится, а вожак явно задумал какую-то пакость, и мысль о том, что Майпранг погибнет у неё на глазах, затмевала остатки разума.
Аглая скорее почувствовала его присутствие в шатре позади себя, чем услышала – передвигался молодой воин совершенно бесшумно. Прикрыв глаза, она попыталась унять сбившееся дыхание, а тело предательски закололи тысячи маленьких иголок.
– Я вернулся, как и обещал, – послышался сзади тихий голос.
Она медленно повернулась, встретившись взглядом с янтарными глазами напротив:
– Обещал пару дней, а задержался на целую седмицу!
Майпранг усмехнулся:
– А ты ждала, поди, раз с упрёками встречаешь!
– Ещё как ждала! – фыркнула Аглая. – Где тебя носило, интересно знать???
– Так… , – неопределённо пожал плечами воин и снова улыбнулся. – Скучала?
– Вот твой нож, Майпранг! – она поспешила перевести разговор, чтобы замять щекотливую тему и скрыть неловкость.
– Пригодился? Видел я, у Катиара на роже свежих шрамов добавилось?
Аглая тоже не смогла сдержать улыбку, но через мгновение снова помрачнела:
– Будет бой?
– Да. Сегодня вечером, как стемнеет…
Уже СЕГОДНЯ???…
– Не бойся, убью я Катиара, я сильнее!
– Майпранг… А без боя… никак нельзя?…
Воин прикрыл светлые глаза.
– Вызов брошен! – тихо, но твёрдо ответил он через пару мгновений. – Сегодня Катиар за всё ответит…
Некоторое время они стояли молча, не сводя глаз друг с друга. Майпранг заговорил первым:
– Пойду я, Аглая. Передохнуть надо после дальнего пути да к бою подготовиться…
Развернувшись, он направился к выходу.
– Пранг!!! – сама особо не понимая, почему назвала его так коротко, Аглая сорвалась с места, за мгновение преодолев пару метров, которые их разделяли.
Уже не в силах сдержать накатившие чувства, она обвила шею воина руками и приникла поцелуем к его сухим обветренным губам. Он растерялся лишь на секунду, а потом, обхватив за талию, что есть силы прижал девушку к себе, отвечая на поцелуй.
– Пранг! Пожалуйста… Будь осторожен… Катиар… Он подлость задумал… Бой не будет честным… , – шептала Аглая, прижимаясь к сармату всем телом и беспрерывно поглаживая кончиками пальцев его лицо, шею, плечи…
– Я выиграю бой… Всё будет хорошо! – эти слова звучали в её ушах ещё долго после его ухода…
***
…Осеннюю ночь разрезал свет множества факелов, и пятно света резко контрастировало с убегавшей во все стороны прочь густой темнотой. Тревожно звучал хор примитивных музыкальных инструментов, сопровождавший действо. Захватывало зрелище, затягивало и не выпускало, заставляя забыть и отринуть всё, что было вне освещённого круга у подножия высокой кучи хвороста с воткнутым мечом, лезвие которого зловеще поблескивало сейчас в факельном свете.
Арес… Кровавый бог древних скифов, взятый в покровители их потомками – воинственным племенем сарматов… «Видала меч в хворосте посреди становища? Вот то их главный бог и есть! Арес… Бог войны вероломной да убийства…», – вспомнились слова Радомира. Меч… Чушь какая! Аглая всегда думала, что древних богов изображали в виде статуи или какого-нибудь идола… Впрочем, для бога войны меч – самое то!…
Стоя на ватных ногах среди жителей становища, она тяжело дышала, с трудом проталкивая в лёгкие прохладный ночной воздух с примесью тягучего факельного дыма, и как в тумане смотрела на происходящее – на взбудораженную предстоящей схваткой толпу, на факелы, на Ятрагора, маячившего рядом с «олицетворением» древнего бога…
Две фигуры сейчас приковывали внимание всех обитателей пустоши. Две фигуры, которые вот-вот сойдутся в адской пляске смертельного поединка. Несгибаема воля Ареса – в живых останется только один, сильнейший…
