Услышали!!!… Сарматы, выскочив наружу, мигом сориентировались и заняли удобные позиции. Всадники, оценив манёвр, быстро изменили направление и, временно оставив в покое девушек, направили коней к новой цели. Их планы, однако, были несколько нарушены могучей фигурой, внезапно с рёвом выскочившей с увесистым бревном наперевес из-за ближайшего по пути сарая. Одного взмаха дубины хватило, чтобы выбить из седла всех троих, но если двое так и остались лежать на земле, оглушённые сокрушительным ударом, то Борислав, практически сразу вскочивший на ноги, выхватил меч и бросился прямиком на Богдана.
– Стой, воевода! На мне отыграйся!…
Борислав, услышав знакомый голос, встал как вкопанный и медленно повернулся.
– Радомир… Вот и встретились. Ты, гляжу, друзей новых нашёл. Вместе с ними на луну воешь?
– Не знаешь ты многого, воевода, не тебе и судить! Попробуй взять то, зачем пришёл! – боярин выхватил меч и со звоном встретил клинок нападавшего ратника.
Не случайно Радомир считался когда-то лучшим бойцом княжеским – очень быстро начал он теснить новоиспечённого воеводу. Да тут подоспел и остальной отряд! Воины-волки, мастера ближнего боя, тут же вступили в схватку, сея вокруг себя мёртвых да увечных. Ненамного отставал и Богдан, орудуя кулаками, как кувалдами – мастер уличного кулачного боя, он недолюбливал оружие, да ему оно было без надобности. Кипчаки, меж тем, схватки сторонились – кому охота под нож сарматский попасть? – но уже налаживали стрелы для метких выстрелов. Однако на утоптанной площадке перед сараями царило такое месиво, что отличить своего от чужого было практически невозможно.
Аглая, разумеется, тоже в бой не ввязывалась, справедливо полагая, что толку от неё будет немного, и главная задача сейчас – не попасться врагу в плен. Она внимательно наблюдала за половцами, и их манёвры ей очень не понравились: двое или трое вдруг отделились от общей толпы и бегом ринулись вверх по тропе. За подмогой? Так и есть! Через пару минут на пригорке показался ещё один отряд.
– Берегись! – завопила Аглая, указывая повернувшемуся Майпрангу на надвигающуюся новую опасность.
– К лодьям отступайте! – его крик перекрыл на мгновение шум схватки – пока не подоспела вся княжеская дружина, нужно было попытаться прорваться к драккару.
Резко повернувшись, Борислав совсем близко увидел молодого сармата. Вот он, волчий вожак! Если его схватить, остальные разбегутся, поджав хвосты, и переловить их поодиночке не составит большого труда. Да и князь ему поручение такое дал…
Увернувшись от очередного удара Радомира, воевода сделал вид, что отступает, и укрылся за спинами подоспевших ратников – пусть с ними боярин покамест разбирается! Сам же вместе с несколькими дружинниками постепенно стал смыкать кольцо вокруг вожака.
Майпранг не сразу заметил опасность. Сдерживая натиск доброго десятка противников и уже получив пару лёгких царапин, он давал возможность остальным волкам и русичам с девушками отойти как можно ближе к морю. Вожак никогда не будет спасать свою шкуру, до последнего вздоха помогая выжить стае. Поэтому, когда окружающее его кольцо воинов сомкнулось, он даже мрачно обрадовался – теперь у товарищей будет небольшой запас времени, и уж он-то постарается, чтобы ближайшие несколько минут враги были заняты только им.
– Майпранг!!! – Радомир, обернувшись, даже не увидел сармата среди окруживших его противников во главе с Бориславом.
С криком бросилась назад Аглая, и боярин, в последний момент перехватив поперёк туловища, поволок её прочь.
– Убери её, Радомир! Уводи стаю!!! – голос Майпранга потонул в лязге клинков…
…Ещё выпад, ещё… Крутнувшись вокруг своей оси и отправив к богам ещё пару врагов, он быстрым взглядом скользнул по лицам окружавших его воинов. Те, тяжело дыша, топтались на месте – никому не хотелось быть следующим. Майпранг зло усмехнулся, оскалив зубы…
Подкат, выпад, молниеносное движение клинка – и попытавшийся было напасть сзади ратник повалился с перерезанным горлом… Движение сбоку, ушёл от удара, почти инстинктивно почуяв направление чужого клинка, и ответил молниеносным броском. Ещё один! Много, очень много…
Далеко ли ушли остальные? Он будет стоять насмерть, насколько хватит его молодых сил. А сил у него много…
…Резкая гудящая боль сзади разбила сознание на мелкие осколки и накрыла темнотой. Вот и всё…
…Пить… Один глоток…
…С трудом разлепив запекшиеся губы, Майпранг приоткрыл глаза. Тело нещадно ныло и, казалось, переставляло собой один большой синяк. Да-а, всласть его, видно, поколотили! Как же хочется пить…
Вокруг царил полумрак. Каземат или подвал, в который его поместили, освещался только небольшим факелом у противоположной стены. Волк глубоко вздохнул, втянув ноздрями сырой спёртый воздух подземелья, и тут же скривился от боли. Похоже, ещё и пара рёбер сломана…
