Как бы ни реагировали государства на угрозу нелегальной иммиграции, границы оставались проницаемыми, и многим людям все равно удавалось проскользнуть через них. Беженцы из нацистской Германии были очень мотивированы и готовы пойти практически на любые жертвы, чтобы пересечь границу. Торговцы людьми, в свою очередь, мотивированные высокими прибылями, часто предвосхищали изменения, вносимые властями. Например, весной 1939 года, когда усилился контроль над морским путем через итало-французскую границу, нелегальная иммиграция из Италии переместилась на горные перевалы, которые было сложнее контролировать. Ежемесячно нескольким тысячам беженцев по-прежнему удавалось нелегально пересекать немецкие границы в поисках убежища в либеральных странах, граничащих с нацистской Германией (см. рис. 4 и 5 в приложении в конце книги).
В течение 1938 года сочетание дистанционного и пограничного контроля было дополнено усилением внутреннего контроля над беженцами, прибывавшими в Западную Европу. Весьма ограничительная иммиграционная политика по всей Европе невольно привела к изменению характера иммиграции. Беженцы продолжали прибывать, поскольку давление на евреев в Германии не ослабевало, но иммиграция беженцев стала рассматриваться в терминах нелегальной деятельности и преступности. Контрабандисты были проводниками беженцев через границы, но как только те оказывались в стране убежища, появлялись другие нарушители, помогавшие людям скрываться от властей. По сути, приток беженцев был частично загнан в подполье, и теперь государства предполагали, что в стране находится большое количество беженцев, живущих нелегально и ускользающих от любого контроля. Несовершенство знаний властей об иностранном населении означало, что они не могли оценить опасности, которым подвергалось общество. Эти неизвестные иностранцы и предполагаемое злоупотребление гостеприимством, оказанным легализованным беженцам, стали еще одной навязчивой идеей. Были усилены меры внутренней безопасности, чтобы контролировать всех иммигрантов и, в частности, выслеживать всех беженцев без документов. Беженцам стало еще труднее попасть на территорию западноевропейских стран без приглашения, хотя исключение составляло предоставление убежища политическим беженцам, в том числе коммунистам. Страной убежища для этих политических беженцев преимущественно оставалась Франция. Это иллюстрирует распределение выборки коммунистических беженцев по Европе, как показано в табл. II.3.2.
Таблица II.3.2. Страны убежища для 333 коммунистов из Германии в 1938–1939 гг. (чел.)
Преобладание Франции в качестве страны убежища для немецких коммунистов было обусловлено главным образом их отступлением из Испании после гражданской войны. Остатки интернациональных бригад, среди которых были беженцы в страны, соседствующие с Германией, нашли единственный путь к спасению через Пиренеи вместе с сотнями тысяч испанцев, бежавших в том же направлении. Большинство из них были интернированы в лагеря, но нескольким коммунистическим активистам было разрешено покинуть французские лагеря и поселиться в других местах, например в Бельгии и Великобритании, где им было оказано гостеприимство. В то же время СССР стал менее значимой страной для предоставления убежища, в основном из-за его изолированного политического положения и казней немецких коммунистов во время сталинских чисток.
Еврейские беженцы, которым удалось легально или нелегально проникнуть на территорию либеральных государств, оставались главными объектами ограничительных мер. В Бельгии депортация нелегалов в начале октября 1938 года вызвала широкую общественную дискуссию, но она была радикально изменена волной солидарности с жертвами Хрустальной ночи. Неохотно, но под влиянием жестких взглядов министра юстиции Фольена все больше политиков публично выступали за более гуманную иммиграционную политику. 22 ноября 1938 года под огромным давлением парламента Фольен наконец обнародовал факт приостановки принудительной репатриации еврейских беженцев. Немецким евреям вновь была предоставлена временная защита для подготовки к реэмиграции, но поскольку им было запрещено заниматься какой-либо экономической деятельностью, их, как правило, должны были содержать еврейские благотворительные организации.
