И вновь тьма. И вновь эта чёрная непроглядная бездна окружает меня. Я пытаюсь всмотреться в эту ужасающую черноту, но не вижу ни единого следа чего-либо. А абсолютная тишина, царящая вокруг, не дарует привычного успокоения. Лишь пугает и нервирует.
Что-то подобное я испытывал, когда наткнулся на кристалл в развалинах недалеко от «Прибрежной». Тогда я потерял создание, уступив управление душе погибшего наёмника. Теперь же разум в принципе отказывался работать. Я чувствовал себя ужасно, и не было сил даже на то, чтобы позвать на помощь.
Я стоял на месте, время от времени делая парочку небольших шагов вперёд. Вновь вгляделся в темноту в надежде, что увижу что-то впереди. Ничего. Пустота. И тишина.
Мрак давил на меня. Как заживо похороненный в деревянном гробу, я желал выбраться, но с каждой секундой мои надежды таяли. Неужели мы всё-таки не добрались? Неужели лекарь оказался бессилен? И ведь в этом есть моя вина. Если с Лексой что-то случилось, я себе этого не смогу простить. Плевать на себя, жив я буду или нет: это всё равно ничего не изменит. Однако я подверг самого близкого мне человека смертельной опасности, сам того до конца не осознавая.
Если так выглядит смерть в этом мире, то, наверное, я её полностью заслужил…
Ещё пару раз позвать на помощь, дождаться хоть какого-то ответа, но всё это было тщетно. Я стоял в пустоте абсолютно один. Хотя, однажды мне даже показалось, что где-то вдали послышался звук, отдалённо напоминающий человеческую речь.
Или всё же не показалось?
Как и в прошлый раз, где-то вдалеке я услышал голос, но, если тогда это был знакомый голос деревенской целительницы, пытавшейся добиться ответа от моего разума, то в этот раз, кем бы они не были, обладатели голосов обращались явно не ко мне. Да и слышал я лишь обрывки некоторых фраз…
«…выведено из…»
«Остаточные последствия…»
«…артефакт не…»
«…источник должен справиться…»
Голоса были холодными, мрачными. Будто готовившимися к неутешительным новостям. Разум попытался проанализировать картину, но выходило, откровенно говоря, скверно.
Выведено из… Выведено что? Откуда выведено? Из чего? Остаточные последствия… Видимо, это «что-то» оставляло за собой что-то ещё худшее, чем могло быть. Артефакт не… Какой артефакт? Целительский, наверное. Других вариантов нет. Источник должен справиться… Мой источник, полагаю? Справиться с чем, мать вашу? Мозг отказывался работать, а все хоть мало-мальски цельные мысли оборачивались жутким головокружением. Разум скручивало, а затем пропускало через огромную мясорубку, превращая рассуждение в жуткий не собираемый воедино фарш.
— Эй, вы меня слышите? — в отчаянии позвал я. Однако ответа не было. Тишина, мрак и бездна.
А затем я увидел женский силуэт. Окружённый едва видимой серебристой плёнкой, он казался лучом света в этой пустоте.
— Сол, ты меня слышишь? — дрожащий голос позвал меня. Джесси. Он точно принадлежал ей.
— Джесси! Джесси! — лишь услышав голос сущности, я будто бы обрёл новые силы, — Джесси! Где я?
— Сол, прости меня, — сквозь её слова послышался отчётливый искренний всхлип, — Я подвергла тебя смертельной опасности, оставила без защиты. Но я и предполагать не могла, что там вы подцепите такое мощное проклятие…
— Какое ещё проклятие? — испуганно воскликнул я.
— Украшения… — стыдливо произнесла она сквозь начинающийся плач, — Чары, наложенные на них, в нестабильных землях возымели обратный эффект. Из защиты они превратились в орудие мучительной пытки… Я искренне прошу у тебя прощения, я и представить не могла… Прости!
— Что со мной, Джесси!? Ответь! — надавил я, седея от ужасающих мыслей.
— Ты находишься вне своего сознания, — она пыталась говорить спокойно, но голос то и дело срывался, — Тебя пытаются вернуть в собственный разум. Физическое тело в ужасном состоянии. Источник пытается его восстановить, но твоих сил не хватает.
— Как Лекса? — оборвал её я.
— Чуть… хуже, чем ты, — неуверенно ответила она, — У неё нет источника, так что восстановление проходит в скверных темпах.
Я не знал, что на это сказать. Не знал, как это воспринимать. Осознание того, что твоя жизнь буквально висит на волоске, словно ты идёшь по тонюсенькому канату над гигантской пропастью, и при этом ты ничего не можешь сделать. Твоя душа буквально находится в чужих руках, и только от них зависит, вернёшься ты в своё тело или нет.
— У нас есть какие-нибудь шансы? — неуверенно спросил я.
— Есть, — столь же неуверенно ответила Джесси, — Но ты это не одобришь.
— Плевать, — отрезал я, — Если ты можешь, хоть что-то сделать, то я прошу, спаси хотя бы её.
— Я… постараюсь.
Свет появился внезапно, буквально выдернув меня из бездны и вернув в собственное тело. Я лежал в горизонтальном положении, взгляд направлен в потолок. Часть лица находится во тьме. Легонько прикоснулся рукой — чем-то замотана. Видимо, бинтами. Голова слегка кружится, но вполне терпимо. Попытался приподняться, но тело предательски сломило в приступе боли, отчего я практически рухнул в койку.
