Глеб остался один, ощущая смесь надежды на раскрытие серии убийств и подступающей тревоги. Перед ним был безотказный, добрый ветеринар, который точно испытывал к своим пациентам гораздо больше эмоций, чем к людям.
Лиза подъехала к служебному отелю, оставила машину на парковке и попросила на ресепшен связать ее с номером, где жил Давид, но трубку никто не брал. В номер позвонили еще раз – ничего.
– Кто-нибудь мог бы проверить его?
– Гость может быть на завтраке, у нас они подаются с семи часов утра. Но даже если он спит, то мы не можем вторгаться в номер и будить гостя, – женщина на ресепшен широко, как по инструкции, улыбнулась.
– Это наш свидетель, а не гость. Я могу пройти к нему? – Лиза раскрыла удостоверение.
– Для нас это прежде всего гость. Пройти можно, пожалуйста, – она мягко указала ладонью в сторону, – лифт справа за углом. Шестой этаж, номер…
– Шестьсот тринадцатый.
– Все верно.
Лиза вошла в кабину лифта. Она нажала на кнопку шестого этажа, и лифт тронулся с места. Не прошло и минуты, когда двери открылись, и она оказалась в длинном коридоре. В этом крыле было очень тихо и, кажется, даже не было постояльцев. Кулер на этаже не тронут, никаких звуков.
Она прошла по коридору. 7, 9, 11… Следующая дверь – его.
Когда Лиза только вошла в этот отель, она чувствовала себя еще следователем, а в то время, когда она подходила к двери его номера, она все больше ощущала себя жертвой своих же не вовремя возникших чувств. Она встала перед дверью, хотела было постучать, но все почему-то не решалась и, возненавидев себя за эту слабость, все-таки постучала.
– Это Лиза. Давид, вы в номере? – громко выкрикнула она. «Кажется, получилось сделать голос обычным… Он не должен ничего заметить».
В номере послышался шум. Кто-то подходил к двери. Лиза сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь справиться с волнением, и дверь распахнулась.
Густые черные волосы еще были мокрыми, но лицо уже гладко выбрито. Давид стоял в отельном халате и точно не готов был увидеть Лизу так рано, еще и в своем номере.
– Это сюрприз. – Давид улыбнулся. – У меня никогда не было гостей. По крайней мере в моей настоящей жизни.
– Я знаю, что рано, я звонила с ресепшен. Александра позвонила и сказала, что ждет нас к девяти. Какие-то обстоятельства.
– Я, наверное, был в душе, поэтому не слышал.
– Наверное, – кратко улыбнулась она и поправила прядь волос. – Я буду ждать вас внизу, время еще есть.
– Нет. Проходите, пожалуйста. – Он отступил от входа и пригласил войти.
Она замешкалась. Настоять на том, чтобы ждать внизу, было бы правильнее, но…
Скромный номер со шкафом, столиком у стены с чайными принадлежностями, телевизором, мини-холодильником и двумя кроватями, на одной из которых лежали вещи, привезенные Глебом для Давида. Лиза помнит его в этой одежде еще со времен их общей юности.
– Я скоро, я почти готов. – Давид прошел мимо Лизы, чтобы взять с кровати вещи. Он был так близко, что она уловила запах шампуня на его волосах, манящий, чужой и запретный. Этот запах дурманил и кружил голову так, что казалось, что здесь не хватает воздуха.
Лиза ничего не ответила, а Давид, взяв одежду, остановился рядом с ней, посмотрел ей в глаза с какой-то жаждой или жадностью, скользнул взглядом на шею, обмотанную шарфом, коснулся его рукой.
– В номере сильно топят. – Он медленно разматывал шарф, освобождая ее шею.
– Да, – каким-то не своим голосом подтвердила она и взялась за шарф, перехватив его инициативу.
Он сжал ее руку в своей ладони, приблизился к ее лицу так, что между ними оставалось не больше сантиметра. Она первая закрыла глаза и почувствовала, как его губы едва коснулись ее. Она ответила. Он поцеловал сильнее, прижал ее к себе. Больше не существовало ничего и никого. Только он, утративший свои воспоминания, и она, будто тоже забывшая все, что было с ней до этой минуты.
Сомневалась ли она в правильности своего порыва? Сомневалась, но высоковольтный ток пробил каждую клетку тела, не давал ей освободиться, приковывал и не оставлял выбора.
Зазвонил телефон. Лиза открыла глаза, оторвалась от поцелуя и, еще несколько секунд удержав на себе его цепкий взгляд, шагнула в сторону, но он взял ее за руку, крепко сжал ее, хотел остановить.
– Надо ответить. – Рука Лизы выскользнула из его ладони.
Звонил Глеб. И этот звонок стал для нее каким-то отрезвляющим снадобьем, вернувшим ей разум. Что было бы, если бы он не позвонил?
Лиза подняла шарф, ответила на звонок, сказала Давиду, что будет ждать его внизу, и с каким-то облегчением вышла из номера.
– Привет, – сухо бросил Глеб. – Где ты сейчас?
– Жду Давида и едем к Александре в клинику, она попросила приехать раньше.
– Да, я знаю.
– Зачем? Мне она ничего не сказала.
– Послушай, я, кажется, нашел второго человека, и у меня есть кое-какая версия…
– Какая версия?
– Кажется, что нашел, пока не уверен. Это брат нашего задержанного. Они созванивались в тот день и незадолго до этого, я взял распечатку звонков.
– Созванивались с братом. Дальше. Что за версия?
– Он мог убивать тех, кто издевался над животными, тем же способом.
