Лицо чёболя демонстрирует несколько цветов спектра подряд, а его рот открывается, дабы произнести, видать, что-то совсем нецензурное. Но здравый смысл даёт о себе знать: он сминает в кулаке ни в чём не повинные листы, молча встаёт и, не попрощавшись, уходит. Я же, с чрезмерным энтузиазмом демонстрирую закрытой двери средний палец и подумываю было послать мажору пару особо «ласковых» смс-кой, но на глаза попадаются белые бутоны. С яростным, безмолвным криком швыряю их вслед за парнем, и валюсь обратно на кровать, ибо мне скручивает болью низ живота.
Медсестра управляется быстро: она меняет простыню и рубашку, а в качестве бонуса надевает на Лиру подгузник вместо прокладки. Ох уж эти месячные! Лёгкое раздражение, которое я испытывал всё утро, продираясь сквозь юридические дебри, было не следствием дерьма в головах составлявших контракт, а подошедшими критическими днями. Ну а чёболь удачно подлил масла в огонь своим «Ну а чо такова, сама дура». Вот я и психанул в конце нашей деловой встречи. Теперь неизвестно, вернётся он с исправленным манускриптом или мне придётся обломать Мину. Хорошо, пообещать ей ничего не успел — думал, сюрприз сделаю. Ага, размечтался!
Под убаюкивание болеутоляющих я засыпаю, а просыпаюсь, когда за окном уже стемнело, от стука в дверь. Мина! Выглядит она неважно: по девчонке как будто катком проехались — в переносном смысле. Мешки под глазами, патлы вместо причёски, помятая физиономия без макияжа… Жуть! С вымученной улыбкой на лице она здоровается, оставаясь, при этом истуканом стоять возле двери. Традиционным жестом приглашаю свою начальницу проходить и располагаться как дома. А когда девчонка устраивается на стуле, киваю ей на чёбольский букет, возвращённый на место заботливой медсестрой. Цветы нисколько не пострадали от столь варварского с собой обращения, и мне не стыдно передарить их Мине. Пусть порадуется.
— Это от того чёболя? — притворяясь, что не поняла моего жеста, спрашивает она, разглядывая букет.
[Это от меня. Соболезную твоей утрате]
— Камсахэё, ЁнМи, за всё, — благодарит Мина, переводя взгляд на меня. Прости, что не смогла приехать раньше, хоть и узнала на следующий день. То, что с тобой случилось, не поддаётся осознанию. Мне очень жаль…
Протягиваю руку, и Мина сжимает мою ладонь в своих, в знак поддержки. Помолчав так немного, пишу девчонке наводящий вопрос, ответом на который Мина рассказывает о произошедшем.
— Полиция говорит, что причиной возгорания стала неисправная электропроводка. Я когда уходила вечером в субботу, всё было в порядке, а ночью меня разбудил звонок. Выгорело оба зала… Я когда увидела, чуть в обморок не свалилась. Всё оборудование, интерьер… — всё на помойку. А на следующий день позвонил кредитор и потребовал отдать ему весь долг досрочно — сто пять миллионов. Дал на всё две недели. Причём, он позвонил не мне, а омме в больницу… Щибаль!
[Сколько потребуется на восстановление ресторана?] — спрашиваю Мину, дождавшись, когда та немного успокоится.
— Да ничего уже не восстановишь! — всплёскивает она руками. — Даже если я каким-то чудом найду деньги на ремонт, то на долг точно не смогу! Через две недели помещение, по закладной, уйдёт кредитору.
«Блин… И почему я такой добрый?» — задаю себе риторический вопрос. Тянусь к тумбочке. Извлекаю из ящика чек, протягиваю его замолчавшей девчонке. Пока та разглядывает диковинку, соображая, что попало в её руки, пишу.
[Надеюсь, этого хватит на ремонт. Дай мне неделю, и я найду деньги на долг]
Уговаривать Мину приходится долго и нудно, но в конце концов она соглашается принять неожиданное пожертвование. Про вторую часть моего обещания она даже не заикается — то ли не поверив, то ли восприняв как должное. Даже если так, ей эти деньги нужнее. У неё — похороны впереди и закрытие текучки. А я, наверное, пойду мириться с ЧжунСоком. Как ни крути, у меня есть выбор, а у Мины его нет.
— Эти судороги вполне могут быть следствием эпилепсии, — подтверждает мои предположения невролог, навестивший больную на следующий день. Накануне утром, я рассказал о приступах и проблеме с руками ЧуМану, и тот обещал записать Лиру к соответствующему врачу. «Соответствующий врач», впрочем, не открывает для меня ничего нового, но обнадёживает на будущее.
— А чтобы это проверить необходимо провести дополнительные исследования. Какие противосудорожные препараты ты принимаешь?
[Никакие. Мне не диагностировали эпилепсию официально, я не успела посетить врача]
— Даже так? Я могу помочь тебе с этим, но мне необходимо собрать анамнез. Поможешь?
