Одним из первых канцерогенных агентов является мышьяк, применяемый в виде арсената натрия в качестве гербицида и в виде арсената кальция и многих других соединении в качестве инсектицида. Связь между мышьяком и раком у человека и животных известна очень давно. Яркий пример последствий воздействия мышьяка приводит д-р Хупер в своей монографии «Профессиональные опухоли» — классическом труде по этому вопросу. Город Рейхенштейн в Силезии был на протяжении почти тысячи лет местом добычи золотых и серебряных руд, и в течение нескольких столетий там добывались мышьяковистые руды. Веками мышьяковистые отходы накапливались вблизи шахтных стволов и уносились горными потоками. Со временем подземные воды также оказались зараженными, и, таким образом, мышьяк попал в питьевую воду. Веками многие жители этого района страдали так называемой «рейхенштейнской болезнью» — хроническим отравлением мышьяком, сопровождающимся заболеванием печени, кожи, желудочно-кишечного тракта и расстройством нервной системы. Обычно появлялись злокачественные опухоли. «Рейхенштейнская болезнь» представляет сейчас главным образом исторический интерес, поскольку четверть века назад город начали снабжать водой, в которой мышьяка уже почти не было. Однако в провинции Кордоба (Аргентина) хроническое отравление мышьяком, сопровождаемое раком кожи, — явление обычное из-за заражения питьевой воды, текущем из горных пород, содержащих мышьяк.
Нетрудно создать условия, подобные рейхенштейнским и кордобским, посредством длительного непрерывного применения мышьяковых инсектицидов. В Соединенных Штатах опрыскивание мышьяком почвы табачных плантаций, многих фруктовых садов на Северо-Западе и плантаций черники на Востоке может легко повести к заражению питьевой воды.
Окружающая среда, зараженная мышьяком, вредно воздействует не только на человека, но и на животных. Очень интересное сообщение пришло из Германии в 1936 году. В районе Фрейберга (Саксония) серебряные и свинцовые плавильни выпускали мышьяковистый дым в воздух; дым рассеивался по окружающим пригородам и деревням и оседал на растениях. По словам д-ра Хупера, у лошадей, коров, коз и свиней, поедавших эти растения, наблюдалось выпадение шерсти и утолщение кожи. У оленей, обитавших в соседних лесах иногда отмечались ненормальные пятна и предраковые наросты, а у одного оленя имелись ярко выраженные раковые поражения. И домашние и дикие животные страдали «воспалением кишок, язвой желудка и циррозом печени». У овец, пасшихся по близости, был зафиксирован рак пазух носа. Вскрытие установило присутствие мышьяка в мозгу, печени и наличие опухолей. В этом же районе «наблюдалась необычная смертность среди насекомых, особенно пчел. После выпадения обильных дождей, которые смывали мышьяковистую пыль с листьев растений и уносили ее в ручьи и пруды, там погибало много рыбы».
Примером канцерогенного вещества, принадлежащего к группе новых органических пестицидов, является ядохимикат, широко используемый против всякого рода клещей. История его применения служит красноречивым свидетельством того, как, несмотря на предполагаемую безопасность, гарантированную законодательством, население может подвергаться вредному воздействию известного канцерогена в течение ряда лет, пока медленно действующая юридическая машина не исправит положение. История эта показывает также, что «безопасное» сегодня завтра может оказаться крайне опасным.
Когда химикат был выпущен в продажу в 1955 году, фирма-изготовитель обратилась с просьбой санкционировать остатки химиката на опыляемых культурах. Как требовалось по закону, фирма испытала свой ядохимикат на подопытных животных и результаты этих испытаний представила вместе с заявлением. Однако ученые из Управления пищевых и лекарственных продуктов пришли к выводу, что проведенные испытания указывают на канцерогенную тенденцию предлагаемого ядохимиката. В связи с этим был рекомендован «нулевой допуск», то есть, по существу, полный запрет каких бы то ни было следов химиката на пищевых продуктах, отгружаемых на продажу. Однако фирма имела право апеллировать, и дело поступило на рассмотрение специального комитета. Комитет принял компромиссное решение: установить допуск в одну часть на миллион и разрешить продавать химикат в течение двух лет, а за это время провести дальнейшие исследования, с тем чтобы установить, действительно ли химикат является канцерогенным веществом.
