- Да, спасибо, Беннет, - «гном» устало потер глаза. – Я попросил прапорщика Беннета изложить его опасения в отчете, к написанию которого подключился майор Сивир. Из него следует, что внутри Миранды растет недовольство горожан армией и врачами. Что весьма странно для Миранды. Я не думаю, что оно может вылиться в открытый бунт, тем более мы сделаем все от нас зависящее, чтобы не вызывать недовольства наших сограждан, но в качестве превентивных мер и для успокоения души, мною было принято решение о вводе военного положения в городе и назначении военного коменданта.
- Господин полковник, а вы уже получили согласование из Нерейды? – хитро осведомился Бентура. Судя по выражению лиц присутствующих, не одному Лавджою хотелось немедленно расстрелять крысоподобного капитана. Дримс и Беннет потом помогли бы мозги Карла Бентуры оттирать со стен, причем с огромным удовольствием.
- В сложившихся обстоятельствах я полагаю нецелесообразным дожидаться согласования из Нерейды, которое может вообще не придти из-за возможных перебоев с техникой, - совершенно спокойно ответил полковник. – Всю ответственность за принятие данного решения я беру на себя. Я уверен, что командование одобрит мое решение о введении военного положения и назначении военного коменданта города.
- Это же преступный приказ! – взвился со стула Карл, но был немедленно водружен на место разъяренным Лавджоем.
- Бездействие – вот преступный приказ на сегодня, понял меня, капитан? – рявкнул одноглазый пехотинец. – А будешь тут выступать – я тебя лично тварям скормлю!
- Лавджой! – ударил по столу старик. – Прекрати. Карл, ты сам понимаешь, что несешь бред? Хватит тут мне выступать, лучше делом займись – надо укрепить помещения и склады вокзала. Это на тебе.
- Я этого так не оставлю, - пообещал Бентура.
- Пиши рапорт, если хочешь, - махнул рукой «гном».
- И помни – в пиковое нашествие от тварей никто не застрахован, - зло процедил Лавджой.
- Господа! Вы все слышали! Капитан Лавджой мне угрожал! – взвизгнул Карл.
За столом для совещаний царила тишина. Дримс с повышенным интересом изучал портрет королевы, отметив, что цвет ее глаз по-прежнему так и не разобрать. Мэйфлауэр через немытое окно рассматривал дом, расположенный напротив части. Беннет оттирал одному ему видное пятно с рукава кителя. Сивир же, судя по отсутствующему взгляду голубых глаз, пребывал где-то в родовом поместье своей семьи, о котором часто вспоминал, опустошив некоторое количество бутылок с местными настойками.
- Хватит, Карл, я сказал, - уже спокойно повторил Лэндхоуп. – Хватит. Выполняй мое распоряжение. Вокзал необходимо укрепить, особенно если Беннет и Сивир правы, и у нас начнутся беспорядки.
- Я этого так не оставлю, - вновь посулился Бентура и замолчал.
- Майор Сивир, т.к. патрули находятся в вашем подчинении, то комендантом Миранды я назначаю вас, - пропустил реплику Бентуры мимо ушей полковник. - Ваши основные задачи, помимо поддержания порядка в городе: усилить патрули, узнать, откуда идет недовольство, каковы его источники и во что оно может вылиться. Для этого начните плотное взаимодействие с шефом местной полиции, тем более отныне он подчиняется вам.
- Так точно, господин полковник, - кивнул Сивир. – Шеф полиции и мэр Мелланью уже в курсе?
- После совещания я их введу в курс дела, а так же мы оповестим горожан, - пообещал старик.
- Юстиниан, - покачал большой головой Беннет, - вам надо как можно быстрее найти источник недовольства, примите мой совет. Это не шутки.
- Артур, я с вами полностью согласен, - кивнул майор. – Честно говоря, я за жителями Миранды вообще не припомню склонности к буйству.
- Потому что сейчас их кто-то подстрекает извне, - робко подал голос Мэйфлауэр. – Иначе я не могу объяснить то, что вы описали, прапорщик Беннет, и что я недавно видел сам.
- Что вы видели, младший лейтенант? – напрямую спросил полковник.
- Недалеко от госпиталя на перекрестке собралась толпа людей. Один человек забрался на перевернутый ящик и произносил речь о том, что боги нас карают за грехи наши. И болезнь – это кара богов… - чуть покраснел Джулиан, ощущая себя не в своей тарелке среди отцов-командиров, бывших выше его по званию, и куда старше. – Что люди не должны лечиться, они должны со смирением и радостью принимать заболевание и умирать, потому что болезнь – это очищение и, умерев от нее, искупишь грехи… Как-то так говорил тот человек…
- Бред, - фыркнул Лавджой.
- Нет, это пропаганда, - не согласился с ним Беннет. – Горожане могут начать прятать заболевших родственников, распространяя тем самым болезнь, а так же нападать на медиков и солдат, что будут забирать их родных, - прапорщик покривил губы. Явно очень хотел приложиться к заветной фляжечке, но не мог себе этого сейчас позволить.
- Жаль, что вы не дослушали этого человека, младший лейтенант, - покачал головой полковник. – И не запомнили его лицо.
- Мне тоже жаль, - еще больше покраснел мальчишка, опустив глаза. – Я тогда не предал значения этой… этой глупой речи, я спешил в госпиталь, мы опробовали новую вакцину как раз…
