- Разве таких речей тут не было в предыдущие нашествия? – несколько удивился Дримс. – В тяжелые времена люди часто несут бред и пытаются все приписать воле богов…
- Не скажите, капитан Дримс, - протянул полковник. – Миранда ведь особый город. Тут люди пьют и верят, что несут кару богов, но стать завтраком для тварей они не желают, как и умереть от неведомой болезни. Они искренне полагают, что для искупления грехов им нужно всего лишь прожить тут жизнь. И чем дольше они тут будут жить, тем больше грехов искупят, а, следовательно, тем лучше будет их следующая жизнь. Потому их моральных облик, несмотря на пьянство, весьма высок. Нравы строги, а устои застряли в средневековье.
- Т.е. подобные мысли о сдаче болезни и желанности смерти – влияние из вне? – удивился Дримс.
- Да, - кивнул прапорщик.
- А пьянство – это что-то иное? – уточнил капитан.
- Не все крепки духом, - пожал плечами Артур Беннет, сам злоупотреблявший огненной водицей. Впрочем, он и не был коренным жителем Миранды. – Они так борются с депрессией и продлевают существование, чтоб искупить грехи прошлых жизней. В свое время меня очень заинтересовал данный феномен, я даже пару статей написал в научные журналы…
- Искупают грехи, совершая новый грех – пьянство?! – перебил его Дримс, пораженный местной логикой.
- Строго говоря, пьянство – не грех, с теологической точки зрения, - вступил в дискуссию майор Сивир. – Но насколько мне удалось изучить данный феномен моральных устоев местных жителей, в их глазах употребление алкоголя – способ искупить прежние грехи, чтобы не прервать свое существование раньше отмеренного богами Света срока. Так что в данном вопросе наши с прапорщиком Беннетом изыскания и мнения полностью сходятся. Стремление как можно быстрее умереть не свойственно жителям Миранды. Это привнесено извне, и мне, как только что назначенному коменданту Миранды, - он кисло усмехнулся, - весьма интересно найти источник этого влияния. Тем более, что армия будет, с точки зрения обывателей, подпавших под действие новой странной доктрины, мешать свершиться каре богов и искуплению грехов заболевших. Это, несомненно, выльется в мятежи и вооруженное противостояние штатских и военнослужащих.
- Из всего сказанного я ни хрена не понял, - признался Лавджой. Дримс подозревал, что одноглазый капитан лукавит. Он куда умнее, чем упорно желает казаться.
- Мать вашу, развелось философов-интеллектуалов! – гаркнул Лэндхоуп. – Короче, господа офицеры и прапорщики, всем их задачи ясны? Повторять не надо? Исполнять! Пофилософствуете в другое время и в другом месте!
8
Расходились с совещания у Лэндхоупа все уже вечером.
Полковник попросил задержаться Лавджоя и Дримса, отпустил секретаря, запер дверь, посмотрел в глаза оставшимся капитанам, а затем подошел к своему заветному шкафчику и вытащил бутылку бренди, три стакана и сам разлил присутствующим.
- А теперь расскажите мне свои соображения, капитаны, - попросил он, пригубив стакан.
- А чего тут рассказывать, господин полковник? Я уже все сказал, - пожал широченными плечами Лавджой.
- Твой Алонсо сможет сравнить все и сделать правильные выводы?
- А то, - криво усмехнулся Лавджой. – Жить-то он хочет.
- Нужна разведка, у нас нет сведений достоверных и полных, - Ривс посмотрел на свой стакан, отпил.
- У тебя итак всего две ударные вертушки осталось, не проси даже, - немедленно отозвался Лэндхоуп. – Мы вообще в полной… Такого еще не бывало никогда.
- Именно поэтому я и хотел предложить наземную разведку, - пожал плечами Дримс.
- Рехнулся? – совершенно спокойно осведомился Лавджой, отвечавший не только за стену, а также за наземную разведку.
- Нет, - Дримс пожал плечами. – Это единственный выход. Мы не знаем, чего ждать, что будет, сколько их, и я уверен, что ими кто-то управляет. Нужна разведка.
- Дримс, - вздохнул Лавджой, - их всех сожрут, как только они выйдут за стены города. К тому же, кто болотными тварями может управлять?
- Лавджой, я предлагаю закинуть людей в тыл тварям, пусть посмотрят издали, проверят их лежбища, остатки гнезд и нор, по следам пройдут. Этой информации будет больше, чем у нас есть сейчас.
- Это слишком опасно, - покачал головой Лэндхоуп.
- Пусть согласятся добровольцы, бессемейные, у кого больше шансов выжить. Иначе мы все станем обедом, - Ривс допил бренди. – Я пойду с ними, у меня больше шансов вернуться.
- Ты никуда не пойдешь, не в это нашествие. У меня некому командовать, - отрезал «гном». – Что я тебе, дурья башка, говорил про геройство тут?
- Полковник Лэндхоуп, это не геройство. Я прекрасно владею оружием, в данный момент я нахожусь в хорошей физической форме. Я тут чуть ли не единственный, кто не пьет, следовательно, у меня не нарушена быстрота реакции и прекрасный слух, а также зрение и обоняние, что в нашей ситуации не маловажно, - настаивал капитан, сам себе поражаясь.
