– Я не собираюсь его бросать и буду проводить с ним столько времени, сколько ты позволишь. Ты не понимаешь? Если я решил уйти, то сейчас для этого лучший момент – Кассиан еще маленький, и на нем это сильно не скажется. Я не перестану быть для него хорошим отцом, но не могу оставаться твоим мужем. Не хочу больше быть частью твоего мира. Я никогда не буду соответствовать запросам твоей семьи, и тем более глупо обижаться на тебя за то, что ты такая, какая есть. Я совершил ужасную ошибку, Астрид. Пожалуйста, просто отпусти меня, – пробормотал он сдавленным голосом.
Астрид подняла голову и поймала себя на мысли, что впервые видит, как Майкл плачет.
Пейк Лин тихонько постучала в дверь.
– Входи, – откликнулась Рейчел.
Пейк Лин осторожно вошла в спальню, держа золотой поднос с накрытой глиняной посудой.
– Наша кухарка приготовила для тебя немного пей даан чжук[193].
– Пожалуйста, поблагодари ее за меня, – сказала Рейчел, не проявляя интереса к еде.
– Ты можешь сидеть взаперти сколько угодно, Рейчел, но нужно поесть, – уговаривала Пейк Лин, глядя на уставшее лицо подруги и темные круги под ее глазами, опухшими от слез.
– Знаю, я выгляжу как черт-те кто.
– Все может исправить массаж для лица. Давай я отвезу тебя в спа. Знаю отличное местечко в бухте Сентоза, где…
– Спасибо, но я пока не готова. Может, завтра.
– Завтра так завтра, – сдалась Пейк Лин.
Рейчел твердила одно и то же вот уже неделю, но так ни разу и не вышла из комнаты.
Когда Пейк Лин покинула ее, Рейчел взяла поднос и поставила у стены рядом с дверью. Аппетит пропал с того самого дня, как она сбежала из Камерон-Хайлендс. Она грохнулась в обморок в гостиной перед матерью и бабушкой Ника, но ее быстро привели в чувство опытные тайские прислужницы Шан Суи. Когда Рейчел пришла в себя, то обнаружила, что одна тайка прикладывает ей ко лбу холодное полотенце, а вторая массирует ноги.
– Пожалуйста, хватит, – попросила Рейчел, пытаясь подняться.
– Ты не должна резко вскакивать, – услышала она голос матери Ника.
– Такая слабая девушка, – сказала бабушка с другого конца комнаты.
Испуганное лицо Ника нависло над Рейчел.
– Ник, увези меня отсюда! – взмолилась она слабым голосом.
Никогда она так отчаянно не хотела оказаться в другом месте. Ник подхватил ее на руки и понес к двери.
– Ты не можешь покинуть нас сейчас, Ник! Слишком темно, чтобы ехать по горной дороге, лах! – крикнула им вслед Элинор.
– Тебе стоило подумать об этом прежде, чем играть в Господа Бога с жизнью Рейчел, – прорычал Ник сквозь плотно сжатые зубы.
Пока они спускались по петляющей дороге, Рейчел пробормотала:
– Тебе не обязательно сегодня проделывать весь путь. Просто высади меня в том городе, через который мы проезжали.
– Мы можем поехать, куда ты захочешь, Рейчел. Почему бы нам не спуститься с горы и не провести ночь в К. Л.? Мы доберемся туда к десяти.
– Нет, Ник, я не хочу больше никуда ехать. Мне нужно какое-то время побыть наедине с собой. Просто высади меня в том городе.
Ник помолчал немного, все обдумал и лишь потом ответил:
– А что ты будешь делать?
– Я сниму комнату в каком-нибудь мотеле и лягу спать, только и всего. Я просто хочу побыть одна.
– Я не уверен, что это правильное решение.
– Господи, Ник, я же не психованная какая-нибудь! Не собираюсь резать вены или глотать таблетками снотворное. Мне просто нужно подумать! – резко ответила Рейчел.
– Позволь мне быть рядом.
– Мне правда необходимо остаться одной, Ник.
Ее глаза казались остекленевшими. Ник понимал, что она пребывает в глубоком шоке. Он сам был потрясен и едва мог представить, что сейчас испытывает Рейчел. В то же время он был охвачен чувством вины, чувствуя ответственность за боль, причиненную любимой. Снова виноват… Он хотел найти для нее спокойное убежище, а вместо этого непреднамеренно привез прямиком в гнездо гадюки. Это из-за него змея укусила руку Рейчел. Мама, чтоб ее! Может быть, ночь в одиночестве и не причинит вреда…
– Там в долине есть маленькая гостиница под названием «Лейкхаус». Давай поедем туда и снимем тебе номер?
– Хорошо.
Следующие полчаса они ехали молча, Ник не отрывал глаз от предательских изгибов дороги, в то время как Рейчел оцепенело вглядывалась в темноту из своего окна. Они подъехали к гостинице в начале девятого. Это был очаровательный дом с соломенной крышей, который выглядел так, будто его вывезли целиком прямо из Котсуолда[194], но Рейчел ничего этого не замечала.
После того как Ник проводил ее в роскошно украшенную спальню, затопил каменный камин и поцеловал на прощание, пообещав вернуться с утра пораньше, Рейчел вышла из комнаты и направилась к стойке регистрации.
– Не могли бы вы отозвать платеж по этой кредитке? – спросила она у ночного портье. – Комната мне не нужна, вызовите такси.
Через три дня после приезда к Пейк Лин Рейчел, присев на корточки в дальнем углу спальни, набралась смелости, чтобы позвонить матери в Купертино.
– Ай-я, столько дней не созванивались! Наверное, ты отлично проводишь время! – весело воскликнула Керри Чу.
– Да черта с два.
