Из ответных матюгов рыжей плоскогрудой девицы мужчины узнали о себе и своей родне много нового насчёт сексуальных привычек и традиций — но общее резюме оказалось таково: если надо, выдержит — но без небольшого ремонта потом не обойдётся.
— Тебе б матерные поэмы писать, Переборка, — тощий хиппи уже проверил и раздал всем противоперегрузочные костюмы — бережёного, как известно, и чёрт уважает.
— Угу, и профессора литературы потом дружно и всем скопом повесятся с тоски, — людей уже потихоньку начинала колотить лёгонькая дрожь.
И вот, когда расчётное время до скачка обратно в гипер удалось подготовить и сократить до двадцати девяти секунд, капитан последний раз словно в сомнениях обвёл взглядом пульт. А затем из-под знаменитой на пол-галактики бороды появился и главный ключ на хромоникелевой цепочке…
— Какой же он древний… — в глазах Переборки восторг откровенно смешивался не только со светом невероятно далёких звёзд, но и с недоверием.
В самом деле, обнаруженный корабль оказался древнего класса Фрегат. И хотя он не обладал гипердвигателями — но факт оказывался фактом: он смирнёхонько висел себе в пространстве, равнодушно поблёскивая изъязвлёнными кое-где боками, и во всю мощь орал
Сидящий за пультом крохотного челнока Хэнк чуть довернул курсовой рычаг, чтобы приближающийся корабль не уползал в сторону от направления, и тихонько вздохнул. Мало того, что одноместная скорлупка оказалась тесной даже для одного него, однако неумолимый шкипер ещё и приказал Переборке сопровождать Малыша.
И вот теперь макушку Хэнка периодически лоскотало дыхание Переборки, а к спине жарко и тесно прижималась она сама, отчего пилот маленькой шлюпки чувствовал себя в слишком уж… гм, приподнятом настроении.
— Малыш, что там? — донёсся сбоку из динамиков чуть силый от волнения голос капитана.
— Обшивка довольно сильно побита метеорами, однако не насквозь, — сообщил Хэнк, которому приблизившийся корабль загородил уже половину обзора — радары пришлось отрубить и идти на ручнике.
— Шкипер, мы к их шлюзу не пристыкуемся, — затараторила Переборка, отчего ёжик волос на макушке Хэнка зашевелился с удвоенной силой и частотой. — А если б там был хоть один живой, они просто обязаны были заметить нас.
Слава богу, что на Слейпнире отключили рацию — техника могла бы не выдержать витиеватой ругани капитана Эрика. Но связь не включали и в шлюпке — одевать скафандр в условиях крайне стеснённого пространства, да ещё и чуть ли не в обнимку со вспотевшей от жары девицей, это занятие крайне матерное.
В черноте пространства совсем рядом равнодушно и неподвижно висел мёртвый крейсер древних землян. Мёртвый, это было понятно уже каждому. Однако, по параграфам межзвёздного уложения, нашедшие первыми подающий сигнал бедствия корабль всё равно обязаны были осмотреть его. Забрать бортовой журнал и записи регистрации, установить причины, взять образцы — и прочая, прочая…
— Бортовой номер N-173… последнюю цифру не разберу, — Хэнк покосился на крохотный экранчик, спроецированный на внутреннюю поверхность шлема — ведётся ли съёмка и запись с наплечной камеры.
Всё оказалось в порядке — на изображении изборождённая морщинами и вмятинами поверхность корабельной брони виднелась ярко и как бы не лучше, чем глазами. И Хэнк не без некоторого внутреннего трепета коснулся древнего металла затянутой в перчатку рукой.
— Не голоизображение и не мираж… — проворчал он, хотя от попыток устроить такие шутки в вакууме отказались даже вояки.
Сзади неслышно из-за вакуума сопела и ворочалась Переборка. Нагруженная ранцем и коробкой с аппаратурой, тощая девица ёрзала, словно её терзали сомнения… а может, просто боялась.
— Пытаюсь разблокировать вакуум-шлюз, — деловито сообщил Хэнк, хотя на практике это означало грубый метод кувалды и чьей-то матери… вернее, плазменного резака и рычага.
Преграда оказалась из какого-то лёгкого сплава, и почти невидимое пламя резало её как масло. Уже изнутри Хэнк выглянул в неровно проделанную дыру.
— Вы неплохо смотритесь на фоне Млечного Пути, — весело сообщил он на борт приветливо моргнувшего лазерной подсветкой Слейпнира.
В ответ, естественно, донеслись разудалые матюги и весёлые проклятия. В общем, отставить болтовню и работать по инструкции.
«Не учи папу трахаться!» — Хэнк мысленно послал шкипера по известному адресу — уж правила работы в такой вот ситуации он знал как бы не получше самого капитана.
— Воздух на борту отсутствует, — проворчал он, и равнодушное моргание индикатора рекордера бесстрастно подтвердило, что записана будет каждая мелочь — ведь толстый корпус мёртвого крейсера напрочь отшиб радиосвязь.
