Остроухая длинноногая медсестричка обеспокоенно наклонилась к своему пациенту, что-то прощебетала. А затем, распрямив ничуть не уступающи Переборкиному тонкий стан, жестами показала — её подопечному следует принять процедуры.
А стало быть, на сегодня пришла пора прощаться.
Сбоку, с свете луны мелькнула тень. Хэнк повернул голову и поспешил подняться на ноги — её высочество Иррхен снова соизволили почтить его своим визитом. Да ещё и со своим супругом Мирром, щеголяющим в мундире командора флота леггеров.
— У-у, злыдень — когда я вхожу, так не вскакиваешь, — чтобы Переборка и тут не показала свой норов? Да ни в жизнь — и всё же она нехотя отклеилась от парня.
Когда несколько дней назад с посыльным передали весточку, что предстоит визит чертовски высокопоставленной в здешней иерархии леди, Переборка разволновалась так, что по щёчкам пошли красные и белые пятна.
— Знаешь, подруга — не надо этих обезьяньих ужимок да этикетов. Будь самой собой, — это оказался лучший совет, который Хэнк ей смог дать. — Если у дамочки чувство юмора есть, она оценит.
В самом деле, появившаяся с помпой и охраной принцесса сначала посматривала настороженно и откровенно не знала, как себя вести. Выглядела она обычной длинноногой блондинкой, коих и в наших мирах на любом углу пучок за пятачок. Разве что мордаха чуть посимпотнее, да иногда проглядывало сквозь причёску чуть заострённое ухо.
И спасло постоянно увядающий разговор совсем неожиданное обстоятельство. Её высочество выразила пожелание, чтобы спецы с королевской верфи закончили переделки на Слейпнире да навели там порядок — дескать, денег у неё всё равно больше чем может истратить, потому и может себе позволить такую маленькую прихоть.
Хэнк тогда в весьма осторожных выражениях ответил, что на борту могут оказаться секретные новинки человеческой цивилизации, то да сё. Её высочество с заинтригованным видом вызвала какого-то хмыря со знаками Инженерной Гильдии в петлицах и преисполненным величия голосом поинтересовалась — так ли это?
Тот в ответ сначала смерил Хэнка таким пренебрежительным взглядом, что у того даже зачесались кулаки, а потом ответствовал, что корветы людей серии Новик это даже не вчерашний день — это, с позволения сказать, каменный век. Спасло его физиономию только то вовремя всплывшее в голове у парня соображение, что нос флоту леггеров они всё-таки утёрли даже на таком, по мнению тех, корыте.
— На том корабле не сыщется ничего, что нам не было бы давно известно, ваше высочество, — он поклонился и совсем уж хотел было удалиться, однако всемогущая Фортуна в лице невзрачной Переборки снова улыбнулась людям.
— Нет, не всё, — чуть побледневшая от решимости рыжая девица шагнула вперёд, а в глазах её плясали явственно видимые чёртики. — Например, нестандартное применение главной турбины реактора.
На породистых физиономиях леггеров тут же проступил явственно заметный мыслительный процесс. А неугомонная Переборка повернулась к Хэнку и нарочито громким голосом заявила:
— Ставлю серебряную монету в десять кредитов, что за сутки не догадаются!
Хэнк ухмыльнулся — он-то догадался с лёту. Чего уж тут проще! Берёшь флаер, слегка рассинхронизируешь ему турбины, чтоб вибрация шла. А потом убалтываешь девчоночку малость покувыркаться… орали те от кайфа так, что спектролитовый колпак крыши чуть не лопался.
— Принимаю пари! — азартно заявил он и хлопнул по ладони Переборки.
Уже ночью она заявила куда-то в шею Хэнка:
— Они ни за что не догадаются, Малыш — у них турбины не ротационные, а вихревые… ну, другого типа, в общем… не так вибрируют…
Через сутки принцесса явилась в сопровождении всё того же хмыря, инженерного гения. Несколько предложенных версий не выдерживали критики даже Хэнка, а потому были с негодованием отвергнуты.
— Вы так растравили моё любопытство, что я уже сама не своя, — с лёгкой улыбкой заметила её высочество Иррхен.
— Пусть он уйдёт, — рыжая негодница смерила инженера неприязненным взглядом.
Хэнк мысленно схватился за голову — он уже знал, что сейчас произойдёт. Равно как и понял, за что же леди N весьма горячо поблагодарила при расставании одну рыжую девицу, при том что сэр Б подчёркнуто невозмутимо вышагивал рядом. И точно — Переборка шагнула вперёд, привстала на цыпочки, и шепнула несколько слов в любопытно высунувшееся из блондинистой причёски августейшее ушко.
Сначала глаза её высочества стали эдакими округлённо-ошарашенными. Затем на алебастровые щёки вымахнул смятенный румянец. А потом принцесса захохотала так, что закачалась и даже вынуждена была ухватиться за дерзко и независимо стоящую Переборку с задранным носом.
— Нет, на тебя положительно невозможно сердиться! — она смахнула брызнувшие из глаз слёзы и засмеялась вновь — но уже с предписанным членам королевских семей достоинством.
А затем изобразила кистью руки такой пренебрежительный жест, что ноги сами унесли Хэнка подальше.
— Мы тут посплетничаем немного…
