— Времени нет! — я поднялся, шатаясь. — Думай, гений! Тебе не нужно его расшифровывать! Аварийный протокол включается при обрыве связи! Нам нужно не подделать сигнал, а оборвать его! Забей канал помехами! Создай шквал ложных запросов на этой частоте, система решит, что управляющий модуль сошел с ума, и попытается его изолировать!
Он замер на секунду, его мозг обрабатывал эту безумную идею. А потом его глаза загорелись. Это был язык, который он понимал. Не магия. Инженерия. DDoS-атака.
— Понял! — выкрикнул он, и его пальцы замелькали с удвоенной скоростью.
Консоль под его руками перестала светиться ровным синим светом. Она замерцала, затрещала, из нее повалил дымок.
— Получилось! — взревел он. — Защита Ядра… она… она падает!
Я посмотрел на центральную консоль. Голубое сияние, до этого укрывавшее ее, как силовой купол, замерцало и стало истончаться. В центре этого сияния, на постаменте, показался он. Ключ Льда. То, за чем мы сюда пришли. Большой, идеально ограненный кристалл, внутри которого, казалось, застыла метель.
Окно возможностей открылось. Маленькое, рискованное, но оно было.
— Три минуты, — буднично сообщила Искра.
Три минуты, чтобы добраться до цели сквозь армию ледяных ублюдков, пока вся эта гора не превратилась в сверхновую.
Я криво усмехнулся. Что ж, по крайней мере, скучно не будет.
Три минуты. Ровно столько отмерила нам Искра до того, как эта гора-морозилка схлопнется в новую черную дыру, сделав нас своими первыми и, надо полагать, последними обитателями. Давление спало, однако таймер продолжал тикать. Отступая под напором адептов, Ратмир и Арина отчаянно отбивались, пока ледяная синева пола, хоть и отступившая, дышала могильным холодом.
— План один, воевода: дожить до рассвета! — рявкнул я, рывком поднимаясь на ноги. В голове гудело, как в трансформаторной будке, но на это уже было плевать. — Прорываемся к Ядру! Прямо по центру!
Парировав выпад очередного ледяного ублюдка, Ратмир мотнул своей тяжелой башкой, соглашаясь. Его перепачканное сажей и потом лицо напоминало потрескавшуюся каменную маску, однако в глазах горел злой, упрямый огонь. Такому объяснять ничего не надо. Сказал «вперед» — значит, вперед. Хоть на черта лысого.
— Я прикрою! — выдохнула Арина. От напряжения на ее лбу выступила испарина, но она держалась. Золотистый, теплый и живой свет окутал ее, заставляя окружающий холод шипеть и отступать.
Оставался один элемент, самый ненадежный в этой хлипкой конструкции. Елисей. Его трясло, как осиновый лист на семи ветрах, а затравленный взгляд метался между наступающим льдом и консолью, которую он только что запустил. Он все еще пытался найти оправдание своим действиям, бормоча под нос что-то про «непредвиденные переменные» и «ошибку в расчетах». Доходило до парня, но очень медленно, со скрипом, как до жирафа на пятые сутки.
Подойдя, я схватил его за воротник камзола и хорошенько встряхнул.
— Хватит искать виноватых, гений! Ты эту кашу заварил, тебе и помогать ее расхлебывать. Вставай и беги, или я оставлю тебя здесь на корм местной фауне! Понял⁈
Он затравленно кивнул. Угроза оказалась доходчивее любой философии.
— Анализ: уровень мотивации юнита «Елисей» повышен на 67% через вербальное внушение с элементами физического воздействия, — бесстрастно сообщила Искра. — Эффективный метод. Рекомендую запатентовать. Назовем его «Волшебный пендель».
«Займись делом, подруга», — мысленно огрызнулся я.
— За мной! — прогремел мой голос уже вслух.
Старый вояка взревел, как раненый медведь, и рванул вперед, превратившись в размытый сгусток стали и ярости. Его двуручный тесак, казалось, жил своей жизнью, выписывая в воздухе смертоносные дуги и раскидывая адептов, как кегли. За его спиной Арина вскинула руки, и с ее пальцев сорвались две золотые плети, хлестнувшие по ближайшим противникам и заставившие их с визгом отпрянуть. Я бежал вторым, отбиваясь Искрой от тех, кто пытался зайти с фланга, и краем глаза следил, чтобы Елисей, подгоняемый адреналином, не отставал.
Мы не пытались победить, наш план был прост, как хозяйственное мыло, и столь же эффективен. Мы просто ломились напролом, как кабан через кукурузное поле, оставляя за собой хаос и разрушение. Удивительно короткий коридор, ведущий к центральному залу, закончился огромным, гулким помещением, похожим на кафедральный собор, построенный сумасшедшим архитектором. Высоченный, уходящий во мрак потолок, колонны из черного льда и в самом центре, на постаменте, — Ядро. Тот самый кристалл, внутри которого застыла метель. Наша цель.
Вот только на пути к ней стояли они.
Шестеро. Не грузные, неповоротливые големы, а тощие, угловатые, будто вырезанные из антрацита безумным скульптором-кубистом. Вместо голов — гладкие, безликие плоскости. Они не просто стояли, а медленно, с какой-то жуткой, математической точностью, меняли свое положение, постоянно перекрывая друг другу сектора обстрела. Единая, самодостаточная система обороны.
— Две минуты, — буднично напомнила Искра.
