— О-о, это старинная приятельница… Воображаю, как она разочаруется, обнаружив, что ты — женщина! А она обнаружит, ибо ничто еще не ускользало от ее взгляда… Нет-нет, не бойся, твоей тайне ничто не грозит. Йек как никто другой умеет держать рот на замке. Видит все, но ни о чем не болтает… Идеальная служительница!
— Забавно… Вот уж не думала, что у тебя слуги водятся!
— Я и правда стараюсь не держать слуг, но так уж получается, что страж при дверях нынче попросту необходим. Видишь ли, я перебралась жить в другое место, а ворья в Удачном за последнее время развелось уже сверх всякой меры, вот и пришлось нанимать сторожа на ночь. Ну, а Йек как раз было негде жить, так что мы с ней очень удачно столковались. — Тут Янтарь взяла у Альтии красную колоду и отложила в сторонку. А потом, к немалому удивлению девушки, ухватила ее за плечи и отстранила на длину вытянутых рук: — А парнишка из тебя получился что надо! Можно ли винить Йек за то, что она на тебя пялилась! — Янтарь тепло обняла Альтию и, выпустив, сказала: — Как же я рада, что ты вернулась живой и здоровой! Я часто думала о тебе и все гадала, как ты там, в море? Пошли в заднюю комнату, я чаю согрею, там и поговорим…
И, еще не договорив, она повела Альтию за собой. Задняя комната представляла собой все ту же захламленную пещеру, которую Альтия помнила по прошлому разу. Повсюду стояли верстаки с раскиданным инструментом и недоделанными бусинами. Одежда, висевшая на крючках или уложенная в сундуки. В одном углу — кровать, в другом — неприбранная лежанка. И очаг, в котором теплился огонек.
— Чай — это здорово, только времени у меня нет, — сказала Альтия, — по крайней мере сейчас. Мне надо кое-кому срочное послание передать. Но я сразу загляну к тебе, как только смогу! Я так и хотела сделать, а тут ты первая меня на улице разглядела…
— Для меня очень важно, чтобы ты в самом деле зашла, — ответила Янтарь, и тон ее был настолько серьезен, что Альтия подняла голову и пристально посмотрела ей в глаза. — Это дело такого рода, — сказала Янтарь, — что в двух словах все равно ничего не объяснишь.
Альтия ощутила укол любопытства, но у нее своих забот было по уши, так что пришлось отложить расспросы на потом.
— У меня тоже есть к тебе разговор с глазу на глаз, — сказала она. — Причем вопрос достаточно деликатный. Может, мне тут вообще встревать не по чину… но дело в том, что она… — Альтия сглотнула. — Нет, наверное, надо тебе сказать, причем прямо сейчас… хотя я с капитаном Тенирой еще об этом не заговаривала… — Альтия тряхнула головой и пошла, что называется, напролом: — Ты понимаешь, я тут плавала на живом корабле… на «Офелии». Вышло так, что бедняжке здорово досталось, и мне кажется, что ты могла бы ей помочь. На подходах к Удачному мы сцепились с калсидийской галерой, и Офелия обожгла себе все руки, пока от них отбивалась. Сама-то она говорит, что ей совершенно не больно… вот только руки держит все время сомкнутыми… или еще как-нибудь долой с глаз их прячет… Я, собственно, даже не знаю, насколько сильно она пострадала и может ли ей помочь такой опытный резчик, как ты, ведь она обгорела, но я…
— Сцепились? С галерой? Они напали на вас?… — в ужасе переспросила Янтарь. — Прямо здесь? В водах Внутреннего Прохода?… — Она с трудом выдохнула и уставилась мимо Альтии, ни дать ни взять созерцая иные пространства и времена. Ее голос зазвучал как-то странно: — Воистину, злая судьба сорвалась с цепи и мчится на нас! Иногда время течет медленно и дни тянутся за днями, убаюкивая нас и вынуждая думать, будто неизбежное, которого мы все страшимся, грянет еще очень не скоро… А потом — р-раз! — и вдруг наступают те самые черные дни, о которых говорили пророчества, и мы понимаем, что безвозвратно упустили время, когда еще не поздно было отвратить от себя самое страшное!.. Сколько же мне надо прожить, пока я наконец поумнею?… Нет времени… его нет… да и не было никогда. Завтра может и не наступить, но вереница «сегодня» сплетается в цепь, и «сейчас» — это единственный срок, который нам дан, чтобы что-нибудь предпринять…
Альтия ни с того ни с сего вдруг почувствовала себя отомщенной. Она ведь примерно это рассчитывала услышать от матери. Как странно, что истинный смысл случившегося мгновенно поняла эта чужачка, не имевшая никакого касательства к торговым семьям Удачного!..
Янтарь между тем напрочь позабыла о чае, которым только что собиралась поить гостью. Резким движением она откинула крышку сундука, задвинутого в уголок, и принялась без разбора выкидывать оттуда одежду.
— Сейчас, сейчас… Сейчас я соберусь и пойду с тобой. Только не будем терять времени попусту! Рассказывай! Начни прямо с того дня, когда ты ушла из моего дома. Расскажи обо всем, даже о мелочах, которые и тебе самой покажутся несущественными…
Повернувшись к маленькому столику, она открыла стоявший на нем ящичек, быстро оглядела лежавшие там кисточки и горшочки и сунула ящичек под мышку.
Альтия проговорила с невольным смешком:
— Слушай, Янтарь, если я начну подробно рассказывать, это займет много часов… если не дней!
