Мы вышли из переулка и ветер с крупинками льда с новой силой ударил по нам. Пакгауз стоял особняком, между ним и соседними домами были большие промежутки пустой земли, заметённой снегом. По периметру вокруг него расположились вигилы, группками по десять-пятнадцать человек. Все они держали в руках большие ростовые щиты, или опирались на них. Их подбитые мехом кольчуги позвякивали, когда они притопывали ногами и потирали руки, пытаясь согреться. Несколько фигур я заметил на крышах соседних зданий.
– По моим сведениям их там, – магистр кивнул в сторону пакгауза, – больше сотни. Сколько по вашим подсчётам?
– Больше. По записям осведомителей сто тридцать – сто сорок человек, из них около восьми десятков Мечей, – ответил трибун вигилов.
– Сто сорок человек? Пожалуй, мы взяли с собой маловато воронков. Ну, ничего, потеснятся, – сказал магистр.
– Я беспокоюсь о восьмидесяти Мечах. У нас численное преимущество, я взял на эту операцию только тех, у кого есть боевой опыт, но если серые не захотят сдаваться… – вигил помялся и закончил, – Мечи – хорошие бойцы.
Гилто презрительно скривил губы и сказал:
– Для этого со мной две дюжины антимагов. – Магистр повернулся к нам, – Карто, Скади – остаётесь со мной. Остальные – распределитесь попарно вокруг склада.
Десять из нас пошли направо, двенадцать – налево, в обход здания. Мы с Тао подошли к группе стражников, стоявших напротив угла здания, и остановились рядом с ними. Флавио со своим замом, Рамиро, заняли позицию вместе со следующей группой вигилов. Ещё две чёрные фигуры остановились метрах в пятидесяти от нас. Остальные антимаги пошли дальше и скрылись за углом.
– Ну и погодка, – сказал я, обращаясь к ближайшему стражнику.
Стражнику было под полвека, его лицо обезображивал шрам через всю правую щёку. Армейская выправка выдавала в нём ветерана-вольноотпущенника.
– И не говорите, господин судья. Никакой совести у этих бандитов, могли бы со своей сходкой и до весны подождать, – ответил он.
Могли бы. Если бы их не спровоцировали. Ума не приложу, как это удалось Отто Транкермекро и нашему магистру. Согнали всех козлищ в один загон.
– Давно тут стоите? – спросил я.
– Да с полчаса уже.
– А что эти, на складе?
– Тихо там, как в гробу. Ничего, скоро зашевелятся, – ответил стражник.
Здание пакгауза словно замерло в ожидании, настороженно поблескивая узкими окнами. Мне открывался обзор на две стены. Кроме главных двухстворчатых ворот, три на пять метров, напротив которых стоял магистр, мне было видно ещё четыре двери, одна на фронтальной части рядом с воротами, и три на другой. Оконные рамы шли в ряд на высоте четырёх метров. Без лестниц не достать.
Магистру принесли рупор. Он подошёл к баррикаде, на скорую руку сооружённую напротив ворот склада, немного постоял, ловя Фокус, и его голос сотряс морозный воздух:
– Все кто в пакгаузе! Вы арестованы! Здание окружено! Сложите оружие и выходите через ворота по одному!
Барабанные перепонки заныли от нагрузки. Звенящая тишина. Дверь возле ворот скрипнула и приоткрылась на пару сантиметров. Из щели донёсся голос:
– Какие у нас гарантии, что вы не перебьёте всех нас?
На этот раз Гилто оставил в покое рупор и мои уши:
– Гарантирую вам, что если через пять минут вы не сдадитесь, то мы войдём сами и убьём всех, кто окажет сопротивление.
Створка ворот закрылась. Опять тишина. Я услышал позади лошадиное фырканье и оглянулся. Подвода, запряжённая двумя лошадьми, привезла таран. Магистр не шутил. Я проверил, как выходит палаш из ножен.
– Что, господин судья, думаете, будет драка? – спросил меня вигил со шрамом на лице.
Я промолчал. Он чем-то неуловимо напоминал мне сержанта из Пограничного посёлка. Долгая служба в армии накладывает свой отпечаток.
– В каком легионе служил? – спросил я в ответ.
– Поначалу в тринадцатом, а потом перевели на запад, в седьмой. Восемнадцать лет с тамошними горцами поубивать друг друга старались, – ответил он, отвернулся и высморкался в снег.
Я перевёл взгляд на магистра. Он переговаривался о чём-то с трибуном. Спокойный и уверенный в себе. Всё шло по его плану. Интересно по какому.
– А я думаю: будет драка, – ответил на свой вопрос вигил, – чувство у меня такое тут, – стражник постучал рукавицей по животу, – Всегда ноет перед большой кровью.
Я ничего не ответил. Живот у него ноет. Испортил себе желудок дешёвым пивом и пророчествует. Я тоже начал притопывать ногами, потом спохватился, вошёл в Образ Лекаря и подстегнул кровообращение. В теле потеплело, а на душе похолодало. Как же мерзко чувствовать себя автоматом.
Прошло уже больше пяти минут. Гилто начал проявлять нетерпение. Он чего-то ждал. Вот, поманил к себе пальцем ближайшего стражника и что-то ему сказал. Тот побежал к переулку, из которого мы вышли. В этот момент двери снова приоткрылись и знакомый голос проговорил:
– Нам нужны гарантии. Поклянитесь именем Императора, что не подымите на нас оружие, если мы сдадимся.
Желваки заиграли на скулах магистра. Он поднял, было, рупор, но потом отбросил его в снег и проговорил мёртвенно чётким голосом:
