Безжалостные боги полностью

– Ты имеешь полное право сердиться на меня. И я не жду, что ты поймешь принятые мной решения.

– Я ненавижу этого транавийца всем своим существом, – выпалил Костя. – И меня безумно злит, что ты заботишься о нем.

Надя посмотрела на их руки, и он крепче сжал ее пальцы.

– Но ты моя лучшая подруга. Так что я не позволю ему все испортить.

Надя сомневалась, что заслужила подобную милость от него. Но все же еле заметно улыбнулась.

– Хочешь пойти на вечернюю молитву? – спросил Костя, поглаживая ее руку большим пальцем.

– Хочу.

Не говоря ни слова, Костя пристально смотрел на нее, а затем встал и, дождавшись, пока она поднимется на ноги и подойдет, заключил в объятия.

Надя прижалась к нему, в очередной раз поразившись, что от него пахнет домом, отчего на ее глазах наворачивались слезы.

– Я хочу, чтобы мы вновь стали друзьями, – прошептала она у его плеча. – Но боюсь, это невозможно.

Он слегка отстранился и обхватил ладонью ее лицо.

– Мы никогда не переставали быть друзьями, Надя. – Он нежно поцеловал ее в лоб. – Пойдем.

Костя никогда не поймет, как она изменилась. Но и он тоже изменился. Стал спокойнее, а постоянная болтовня и поддразнивания и вовсе исчезли. Он стал более серьезным и более набожным. Надя не представляла, что ему довелось пережить в Соляных пещерах, и не сердилась за то, что он пытался убить Малахию. Боги, да у нее и самой часто возникало это желание. Так что не ей винить Костю за этот поступок. Сейчас нелогично поступала именно она. И просто не знала, как выбраться из той неразберихи, которую сама же и устроила. Как не могла вырвать из своего сердца предательскую тягу к чудовищу.

– Как приятно вновь оказаться в монастыре, правда? – сказала Надя, выходя вслед за Костей во двор. – Я скучала по этому ощущению.

Ей бы хотелось вновь участвовать в вечерних молитвах, которые были частью образа жизни в монастыре, такого же привычного для нее, как и дыхание.

– Приятно, – согласился Костя. – Знаешь, ты могла бы остаться здесь, – немного помолчав, добавил он.

– Ты же понимаешь, что я не могу этого сделать, – беря друга под руку, сказала Надя.

– Не понимаю. Мне кажется, ты уже сделала все, что от тебя ожидали.

Надя поморщилась. Почему же тогда ей казалось, что этого недостаточно?

– Ты всегда стремилась добиться славы, – покосившись на нее, продолжил Костя.

– Не понимаю, о чем ты, – чопорно отозвалась она.

– Мое божественное призвание, – подражая ее голосу, передразнил Костя.

Надя рассмеялась и толкнула его.

– Так ведь это правда!

– Но не значит, что это не изменится, – сказал он, и его улыбка стала серьезной.

Надя не была наивной… Ну, или такой наивной, как раньше. Она понимала, что пытался сказать Костя. Вот только она не могла сказать: «Да, когда закончится вся эта божественная канитель, я найду хороший монастырь и буду жить там до скончания своих дней». Потому что это обещание стало бы искушением судьбы. Оказавшись за пределами монастырских стен, Надя окунулась в совершенно другую жизнь и не собиралась от этого отказываться. Не собиралась расставаться с Париджахан и Рашидом. Не собиралась закрывать глаза на бесконечную войну, терзающую Калязин и Транавию. И не собиралась давать Косте обещание, которое не сможет сдержать.

Так что просто пожала плечами.

На мгновение на его лице мелькнули эмоции, но он быстро спрятал их за бесстрастной маской и кивнул.

Во время службы Надя ощутила, как стягивается рана, разбередившая ее душу. Да, она находилась не в своем монастыре, но все же чувствовала себя здесь как дома. Ведь здесь, как и там, молитвы читали по Писанию богов. Есть вещи, которые никогда не изменятся, даже если изменится она сама.

И Надя никак не ожидала, что во время службы к ней обратится богиня.

«Я не бросала тебя, дитя», – сказала Марженя.

Надя напряглась, а ее сердце забилось в груди. Костя заерзал на скамье рядом с ней, но она не обратила на него никакого внимания.

«Так что же произошло?»

«Испорченная магия, яд. Я приложила все силы, чтобы вернуться к тебе, но другие пока не могут этого сделать».

Надя нахмурилась. Неужели Марженя говорила о магии Малахии? Ведь это казалось вполне логичным. Но не объясняло всего остального.

«Ты думала, что транавийцы покончат со своими зверствами? Они только начали».

Малахия тоже сказал, что это лишь начало. Надя вздрогнула. И тут же ощутила еще одну волну беспокойства от Кости.

«Что мне делать? Отправляться дальше на запад?»

«Да, иди на запад, – подтвердила Марженя. – Сейчас дело не только в ереси транавийцев. Необходимо сделать то, что остановит их навсегда».

Надя настороженно поджала губы.

«Я не желаю их уничтожения. И не стану помогать в этом».