«Если тебе требовался маг крови, то зачем же ты выбрал меня?» – поинтересовался Серефин.
Серефин не мог вздохнуть. Ему хотелось выбраться наружу. Он перегнулся через край кровати, чтобы проверить, заснул ли Кацпер.
При виде парня сердце Серефина болезненно сжалось. Ему хотелось смахнуть темные пряди Кацпера со лба, а затем лечь рядом и уткнуться лицом ему в плечо, чтобы почувствовать хоть что-то.
Стараясь не нарушать тишины, Серефин осторожно соскользнул с кровати. Кацпер всегда спал чутко.
Серефин поежился. Что ему делать всю ночь, пока тот спит?
Он спустился в главный зал таверны. Двое калязинских солдат сидели у дверей, играя в какую-то игру с различными по форме плитками. Когда Серефин подошел ближе, один из них вскинул голову.
Серефин тут же поднял руки.
– Я безоружен и просто хотел выйти на улицу. Не знаю, какой приказ отдала вам царевна…
– Вы можете выйти, – пожав плечами, ответил солдат. – Но нет гарантий, что какой-нибудь деревенский житель не всадит нож вам в спину, как только ты переступишь порог.
Серефин сделал глубокий вздох. Значит, все уже знали, кто он. И хотя Катя не желала воспользоваться преимуществом того, что король Транавии оказался в плену, вряд ли остальные калязинцы думали так же. Да даже солдаты, что сейчас сидели перед ним, выглядели так, будто с радостью вонзили бы клинок ему в сердце.
Он даже не мог притвориться, что все считали главным транавийским злодеем его отца, ведь сам творил ужасные вещи с их народом во время этой войны. И будет делать это впредь. Потому что Серефин пришел сюда не для того, чтобы любезничать с калязинцами. Это они виноваты, что их бог завладел им.
Вот в чем причина этой войны. Гнев сковал сердце Серефина, когда он толкнул дверь и шагнул в темноту.
Во всем виноваты калязинцы и их проклятые боги, ведь до этого у Серефина все было хорошо. Он прекрасно себя чувствовал, когда от него требовалась лишь победа на поле боя и уничтожение всех врагов. Транавия почти добилась этого. Их отделяла такая малость от поражения Калязина. Но тут Изак Мелески приказал Серефину отправиться в горы Байккл, потому что, судя по слухам, там скрывалась клиричка.
Серефину следовало проигнорировать то послание. Сжечь его. И это стало бы не первым случаем, когда одно из посланий отца «терялось в пути». Игнорируя приказы отца, Серефин переломил ход сражений в пользу Транавии. И сейчас война бы уже закончилась, если бы он ослушался приказа и в тот день.
Но ему захотелось увидеть клиричку своими глазами. Захотелось узнать, действительно ли существует девушка, которую калязинцы считали своей надеждой и спасительницей.
А затем… все рухнуло.
Велес хотел заполучить ее. Есть ли возможность уговорить бога оставить Серефина в покое и отправиться мучить ее?
«Таких, как ты?»
Серефин медленно зашагал прочь от таверны, несмотря на предупреждение солдата. Должен существовать способ разорвать эту связь, не убивая самого себя. Ему не хотелось обращаться к Екатерине, но если и мог кто-то помочь, то только царевна, разбирающаяся в различных обрядах.
Порезы на его груди охватила режущая боль, а окружающий мир наполнился мрачными красками, вынуждая Серефина прикрыть глаза.
Серефин едва не лишился сознания, почувствовав присутствие кого-то нового. И нескончаемую тьму. Того, кто бродил по опушке леса, усеянного костями. Того, кто, как надеялся Серефин, не снизойдет снова до разговора с ним.
