— Боги миловали.
— Точно, вас же обычно в необученную пехоту, дыры затыкать… Тогда я вам сейчас быстро раскидаю на пальцах, о чем речь, постарайтесь потом это выучить. Это для вас теперь будет и дом, и семья. Надо понимать, что и как организовано.
Подняв валявшуюся рядом палочку, Билдер начал чертить на земляном полу.
— Основой нынешней армии является полк. В полку от пяти до десяти рот. Зависит от боевых задач и того, сколько народу с деревень смогли сгрести под призыв. Последнее время, насколько знаю, держат шесть рот. Четыре маршевые пехотные, одну конную и одну стрелковую. Там лучники, арбалетчики или у совсем богатых пытаются мушкеты выдавать. У нашего Лилита Первого с деньгами после всех мятежей аристократии плохо, так что арбалетчиками обычно обходится… Но, полк для нас слишком круто, мы будем говорить про роту. Потому как рота для нас — основа основ. И сколачивать я ее стану по правилам шерлегов, горных племен. Они воюют сколько себя помнят и многие новомодные веяния не перенимают, используют лишь проверенное временем. Это местные короли могут себе позволить реформу армии затевать каждый раз, как на престол взлезут…
Нарисовав несколько квадратиков, Билдер продолжил объяснения:
— Это идет с традиций давних времен. Минимальный отряд, который используется в атаке или защите — «копье». От рыцарей тянется. В нем старшим капрал. У него есть нюхач — его заместитель и помощник. Зачастую он же знаменосец и почти всегда хранит кубышку «копья». То, что на пропитание выдали, премиальные и прочие деньги. Вот это у нас — «копье». Понятно?
Четверо сидевших рядом синхронно кивнули. Додо успел давным-давно зацепить кусок армейской службы и что-то еще помнил. Остальные старались впитать новую науку сразу и накрепко.
— В стандартном «копье» двое стрелков. Это лучники или арбалетчики. Для нас лук на кораблях бесполезен, крайне неудобно с ним в трюме воевать, поэтому малые арбалеты возьмем или еще что придумаем для стрелков… Еще четверо — обычных бойцов, кто с мечом или палашом управляется. Двое «тяжей» — их бронируют по максимуму. Идут первыми в прорыв, прикрывая остальных собой. Последним держат лекаря, его же барахлом грузят, если что-то надо в атаку прихватить. Болты запасные или еще что. Получаем десять человек и один командир, всего одиннадцать.
Рядом с первым квадратиком появились еще два.
— Три «копья» собирают в один взвод. У него старшим сержант. Опора и помощь капитану роты. Обычно у сержанта помощником трубач. На нем знамя взвода и решение бытовых проблем. Всего взвод включает в себя тридцать пять бойцов вместе с командирами.
Объединив все это одним большим прямоугольником, Билдер продолжил:
— Три взвода дают роту. Старшим капитан с личным патентом, подписанным командующим полком или городскими властями, если роту сколачивают как ополчение. У нас это — я. Для всех служивых капитан — царь и бог. За неподчинение его приказу — в военное время смерть. В мирное наказание выбирает командир. Может палок прописать или на каторгу отправить. И вместе с капитаном в роте сто семь рыл, которых надо поить, кормить, одевать и занимать делом. Делом я всех займу, не волнуйтесь, а вот с бытовыми проблемами разбираются специальные люди.
В картинке добавился маленький кружок сбоку.
— Здесь старший каптенармус хозяйничает. У него до десяти человек, кто на войну не ходит, зато отвечает за все остальное. Это повар и истопник, плотник, шорник, оружейник. Набирают в зависимости от нужд роты. В больших отрядах эти люди числятся за полком. У нас будут свои. Ну и каптенармус по хозяйственной части командует нюхачами и «жабами». А те уже дальше по цепочке до каждого солдата доберутся.
— А «жаба»?
— Командир любой боевой единицы рутинную работу отдает помощнику. У капрала в «копье» — это нюхач. У сержанта во взводе — трубач. А у капитана помощник штаб-сержант или «жаба». Так еще со времен Артура-Потрошителя пошло. Штаб-сержанты тогда за мародерство отвечали, много награбленного себе лично в карман положили. Поэтому позже специальные команды создали, которые грабежом захваченных земель занимаются. А прозвище прилипло… Но Додо у нас будет правильной «жабой», которая любого местного проходимца из городских властей на место поставит. Потому как подчиняется он лишь мне, а я подчиняюсь только барону Крафти.
Бэзи и Рэйс заулыбались. Похоже, они уже представляли себе счастливое и богатое будущее. Билдер не стал сразу разрушать эти хрустальные мечты и, отбросив палочку, скомандовал отбой:
— Все, отдыхаем. Завтра начинаем новую жизнь. Весе-е-е-лую…
Когда друзей и знакомых спрашивали «каков его величество Лилит Первый», все в один голос утверждали:
— Прекрасный человек! Душа любой компании! Сибарит, балагур и весельчак! А сколько историй и анекдотов знает!
