Когда со сборами почти покончено, я смотрю на часы и, взяв телефон, собираюсь уточнить у Таранова, во сколько мне к нему подъехать, как вдруг он сам даёт о себе знать – присылает номер такси.
«Ты поторопился», – отвечаю ему. – «Я еще не уложила дочь».
Хотя вполне могла бы попросить Лену, но не хочу так.
«Отмени, я позже сама приеду».
Влад пишет, что машина подождет.
«И таксист озолотится на ожидании», – отправляю ему.
Таранов больше ничего не отвечает.
Поднимаюсь с пола и иду укладывать Алису. Говорю, что пора спать. Она, как всегда, просит ещё минуту, но, к моему удивлению, быстро засыпает – будто чувствует, что мне нужно уйти. Накрываю её пледом, приглаживаю волосы, задерживаю взгляд на лице. Потом тихо выхожу из комнаты, предупреждаю Лену, что отъеду, переодеваюсь и покидаю квартиру.
Страх, что снова пересекусь с Толей, никуда не делся – наоборот, только усилился. Я частично выдыхаю, когда его нигде не оказывается. А ещё замечаю внизу такси с тем самым номером, который скинул Таранов.
Лицо у водителя довольное – и понятно почему. Я бы тоже радовалась такой сумме за ожидание. Всё-таки Таранов иногда очень странный.
Добравшись до его дома, захожу в подъезд, отбрасывая всю моральную составляющую «что я, как проститутка, к нему приехала». Потому что я не она, и не стоит навешивать на себя ярлыки. Я здесь по своему желанию и воле. Меня никто не заставляет, не принуждает – сама этого хочу.
Поднимаюсь на лифте, прохожу по коридору и останавливаюсь у двери, которая тут же распахивается. Сердце колотится так, будто выскочит из груди, и я почти забываю, зачем пришла, когда вижу Таранова.
– Наконец-то, – Влад притягивает меня за руку, целует в шею, снимая всю накопившуюся за день напряжённость.
Дрожь проносится по всему телу, и не успеваю понять, как мы уже в полумраке спальни. Его ладонь ложится на мою талию, и я замираю на полувздохе, когда он касается губами сначала моего подбородка, затем ключиц. Лёгкий укус. Снова дразнится? Отвечаю нажимом ногтей.
– Без отметок, Татьяна, – строго произносит он, но губами улыбается. – Иначе введу штрафы и буду вычитать из зарплаты. И за те дни, когда водишь машину.
– Я уже и на ставку водителя утверждена?
– Ещё думаю, – он, не отрывая взгляда, расстегивает мне пуговицы на блузке и, с удивлением приподняв бровь, останавливается.
– Я специально оделась во всё офисное. Назвать тебя Владиславом Александровичем, когда ты снимал бы с меня футболку, было бы не так возбуждающе, согласись? – Провожу пальцами по его груди.
– Согласен, – он накрывает мою руку своей, и наше дыхание смешивается.
Кровать мягко пружинит под тяжестью наших тел. Влад позволяет мне быть сегодня сверху. Ведет ладонями по моим бедрам, скользя уверенно, но осторожно – будто не желая пропустить ни сантиметра. Задирает юбку, сдвигает бельё и погружает в меня пальцы.
Я тяжело втягиваю воздух, сжимаю колени. Ни одно слово не способно выразить, что происходит со мной в эти минуты близости.
Таранов приподнимается и стягивает домашние брюки вместе с боксерами. Его член обжигает кожу на внутренней стороне бёдер, а потом он входит в меня упругим, уверенным толчком. Подаётся вперёд, кладёт руку мне на затылок, вплетая пальцы в волосы – и я отпускаю себя, словно падаю в его объятия, без страха, без оглядки.
Мы целуемся сначала нежно, а затем – глубоко, жадно. В такт его нарастающим толчкам.
В какой-то миг дыхание сбивается в единый ритм, и за ним приходит опьяняющее ощущение растворённости. Всё происходит слишком стремительно. Я прикусываю губу, стараясь сдержать громкий стон, и крепче обнимаю его плечи.
Сквозь нарастающий накал вспоминаю об озвученном желании в кабинете и, стараясь выполнить, выдыхаю:
– Владислав Александрович… ещё… пожалуйста… ещё… – впиваюсь ему в губу, зажмуриваюсь, ощущая, как тело накрывает горячей волной, словно всё внутри вспыхивает и рассыпается, стягивается и разрывается одновременно.
Всего несколько секунд – и они сметают все границы. Влад кончает почти одновременно со мной, и нас уносит в пространство без мыслей, без прошлого и будущего – есть только здесь и сейчас.
Когда вспышка утихает, я медленно возвращаюсь в тело, ощущая его ладонь на своей талии. Пальцы, наверное, оставят следы – и пусть. Хочется отомстить, но сил нет даже пошевелиться.
Таранов приподнимается, смотрит в глаза и улыбается почти по-мальчишески. Я отвечаю такой же – усталой, счастливой. А в ушах всё ещё шумит от пережитого оргазма.
Мы лежим рядом, не говоря ни слова. Его дыхание выравнивается, как и моё. Мне хочется задержаться здесь подольше, но не могу. Медленно встаю, подбирая одежду, включаю свет, на что Влад громко стонет и прикрывает глаза.
– А вот это было лишнее, – глухо произносит он.
Бросаю на него взгляд и замечаю, что он бледен. Не так, как в тот раз, когда рухнул в обморок, но близко.
– Тебе… нехорошо?
– О, мне очень хорошо. Но яркий свет явно лишний. Выключи и приляг. Еще немного побудь со мной, – просит он.
И я не нахожу поводов и причин отказать, потому что тоже этого хочу.
