– Все. Это забираю, – сгребает две папки. – Эти ты снова внимательно посмотришь. Про разрешение на выезд решу. Еще какие-то вопросы?
– Нет, – смотрю, как он поднимается на ноги.
– Кстати, куда летите… а впрочем, я сейчас к Владу. Не надо – не говори. У него спрошу.
– Он пока не знает… – пожимаю плечами. – Ладно, до четверга.
– Татьяна, Татьяна, – хмыкает он, ухмыляясь. – Возможно, раньше увидимся. Там плевое дело с этой бумажкой от бывшего.
Сколар выходит из кабинета, а я наконец-то сажусь на свое место и расслабленно выдыхаю.
Пока все идет очень даже хорошо. И на личном спокойствие, и на работе есть успехи. Неужели белая полоса?
Из телефона приходит уведомление о расписании занятий Алисы. Уже почти месяц она занимается скрипкой и, что удивительно, ей правда нравится. Ну как «занимается»… Я к этому не приложила вообще никаких усилий, кроме своего согласия. Таранов сам отводит. И поначалу мне казалось, что это он делает мне одолжение, а потом поняла – проблемы у меня с головой, с принятием помощи и установкой, что ничего нельзя получить просто так. Оказывается, можно. И Владу действительно в кайф отвозить Алису, разговаривать с ней и проводить время. Без всяких условностей.
Все же мы привыкаем к больной обстановке в семье, которую сами же зачастую и создаем под шлейфом «так принято», «так у всех». А потом действительно здоровые отношения воспринимаем как награду, за которую будто бы обязательно придёт расплата. Но за счастье вообще-то не нужно никому и ничего платить. Это просто итог союза двух взрослых и адекватных людей.
И единственное, о чем жалею, что не встретила Влада раньше.
«Заберу Алису с занятий и за тобой заедем», – пишет Таранов, словно почувствовав, что я о нем думаю.
Снова отвлекаюсь от работы и, как дурочка, улыбаюсь, перечитывая это короткое, но такое теплое сообщение.
Почти месяц прошел с моего развода. Самый счастливый, полный надежд и приятных моментов. И за это время у Влада почти не было приступов. Пару дней, правда, отлеживался после короткого эпизода, но восстановился быстро. Я тогда сильно испугалась, что это надолго и ему опять нужно будет ехать в клинику. Хотя, конечно, все равно пришлось. Я постоянно зависаю на форумах, ищу врачей, хоть какие-то пути лечения его болезни. Даже нетрадиционных. И это такая тонкая грань, на которой я всё время балансирую. Страшно переступить и стать из нормальной себя параноидальной истеричкой. Это как торопиться на поезд, который уже ушел: ты набираешь скорость, пытаешься догнать, но ничего не выходит. Он уходит все дальше, а ты, пока он еще на горизонте, активируешь все системы, бежишь, бежишь – и, черт возьми, он ближе не становится.
Спустя неделю, когда Влад привозит Алису с занятий, и она радостно бежит рассказывать о своих успехах, Таранов вручает мне конверт.
– Со Сколаром пересеклись. Просил передать. Что там?
Открываю – и мысленно благодарю Демьяна. Без понятия, как у него это получается. Очевидно же, что меня Толя даже слушать не стал бы. Да и вообще – как бы я это выпросила? Он же везде меня заблокировал, не выходит на связь, даже не интересуется, как у Алисы дела, как у нее успехи. А мы, между прочим, не только в музыкалку ходим, но и в подготовке к первому классу преуспеваем.
– Это разрешение на выезд. Твоя ложь про Португалию в тот раз оказалась пророческой – именно там находится врач, которому я теперь хочу тебя показать…
Таранов сначала хмурится, потом присвистывает.
– Ну-у… свою голову тамошним врачам я еще не показывал. Только… будет встречное условие. Если и там без результата и с теми же вердиктами, что и здесь – ты берешь паузу. На принятие. Что мой диагноз и методы лечения везде примерно одни и те же. Окей?
– Влад…
– По моим подсчетам, – продолжает он, игнорируя мой возмущенный тон, – перелет, активная сексуальная жизнь, попутно роль отца и успешного адвоката… Месяца полтора-два еще в таком темпе выдержу, а потом меня выбьет из колеи. Тогда у тебя будет время на принятие. И отказ его попусту терять.
Мне не нравится услышанное. Особенно потому, что это правда.
– Ты умеешь спускать с небес на землю…
– Буду думать, что везу вас на отдых. К тому же – поблагодарить, что ли, Сколара и тебя за эту тихую и хитрую многоходовку? Сам бы я встречаться с твоим бывшим ради этого разрешения не стал. Тратить дни на временный изолятор – явно неохота.
Он приближается и обнимает меня.
– Алиса хоть и не моя, но как подумаю, что из-за какой-то надуманной обиды и собственной тупости он теряет связь с родным ребёнком – ничего, кроме как уебать его, не хочется.
Режет по живому, этими словами. Я хоть и пытаюсь об этом не думать, но, глядя на Алису с Тарановым, как она к нему тянется, как ей нужно отцовское тепло, которое Толя больше не дает… Думаю, мне тоже пока с бывшим не надо видеться и это к лучшему, что я везде в блоке. Потому что в следственном изоляторе мы хоть и вместе с Владом бы оказались, но все равно по разным камерам сидели.
– Даты уже, наверное, тоже есть? – интересуется он.
