– Прости меня, я влюбился.
– Знаю, скоро этому событию исполнится десять лет.
– Ты не поняла меня, я полюбил другую женщину и ухожу от тебя.
– От детей тоже?
– Могу взять их с собой.
Перепалка длилась всю ночь. Слезы, упреки, обвинения в подлости – набор женского отчаяния был бесконечным. Жена пыталась понять, как он мог бросить ее, красивую и молодую, променять на женщину старше ее с ребенком? С чужим ребенком!
Потом она включила тяжелую артиллерию. Растормошила сонных детей, закричала, что любимый папочка бросает их, и зарыдала в голос. В это время в другом городе рыдала Кира, обняв плачущую дочь, не зная, что делать с нежданно нагрянувшей любовью.
«Великовозрастные Ромео и Джульетта, – писала Игорю в письме жена, сравнивая его с древнегреческим чудовищем Минотавром, – запомните, до самой смерти буду мстить вам. Пока еще не поздно, придите в себя и не ломайте жизнь моих детей ради ваших развратных утех». Следом шли воспоминания о прекрасных моментах совместной жизни с Игорем, потом картины безоблачного будущего с родными детьми и внуками, потом уговоры и мольбы с просьбой не бросать семью. Игорь ушел, оставив ей все, что было нажито им за десять лет брака. Он стоял в дверях, когда жена толкнула сына ему под ноги и зарыдала в голос. Испуганный сын посмотрел на отца и мать круглыми глазами и тоже заплакал. Долгие годы перед глазами Игоря стояла та картина: плачущий четырехлетний сын и испуганное лицо восьмилетней дочери.
В один из рабочих дней Игоря, переехавшего в служебную квартиру, вызвал к себе руководитель компании. Немного помявшись, положил на стол перед ним несколько листов бумаги, испещренных четким знакомым почерком. Жена настоятельно советовала руководству подключить службу собственной безопасности, так как ее бывший супруг продает технологии и проекты другим фирмам. «Я должен отреагировать на сигнал», – сказал начальник, и Игорь остался без работы.
В это же время уволили Киру. Главный редактор прямо заявил, что колонку о семейных ценностях не может вести журналист с подмоченной репутацией.
– Когда я успела обмочиться? – удивилась она.
– Звонок был сверху, – пожал плечами шеф и уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор окончен.
И третьим ударом стал визит участкового милиционера к ним домой. Задавал вопросы Машеньке, не обращая внимания на испуганную Киру и напряженного Игоря: что за дядя живет с ними, пристает ли он к ней.
– За развращение несовершеннолетней девочки будете наказаны по всей строгости закона, – угрожающе обратился он к Игорю и подал ему на подпись какую-то бумагу.
– На каком основании? – побагровел от гнева Игорь.
– Сигнал поступил сверху, к тому же вы незаконно проживаете в чужом доме с несовершеннолетним ребенком. С ним может произойти всякое, отвечать будете вы.
Игорь и Кира не успевали принимать удары, сыпавшиеся со всех сторон, хорошо просчитанные и точные, как в боевой спецоперации. После визита участкового милиционера они стали думать, что делать дальше. Ведь прозвучали слова об угрозе, которой может быть подвергнута дочь, значит, она в опасности. Кира вбила себе в голову, что Машеньку могут выкрасть с целью извлечения здоровых органов, о таких случаях недавно рассказывали по телевидению. Дети исчезают бесследно, и никто не в состоянии предотвратить тщательно продуманное преступление.
Утром, отправив Машеньку в школу, Кира и Игорь поехали в больницу, где работал врачеватель. Заведующего на месте не оказалось, и Кира с трудом выпросила его домашний номер телефона, представившись близкой родственницей. Игорь набрал номер, откашлялся и стал ждать. Пошли длинные гудки. Потом слабый женский голос произнес:
– Алло?
– Пожалуйста, запишите важное сообщение для вашего мужа. Вы готовы?
– Да.
– Он немедленно должен оставить в покое Киру и ее дочь, иначе мы обратимся за помощью в соответствующие органы. Думаю, что репутация вашего мужа будет подорвана: Владимир Иванович пользуется своим служебным положением и склоняет пациенток к сожительству. Нам известно о его преступных замыслах по отношению к малолетней дочери Киры. Заявление о его угрозах передано в милицию. Он станет первым подозреваемым, если с девочкой и ее матерью что-нибудь случится.
– Я при чем?
– Глубоко сожалею, что пришлось побеспокоить вас.
Кира сжалась в комочек и тряслась как в ознобе. Она боялась.
Игорь вылетел ближайшим рейсом в город, где прежде находился его дом.
– Дети, папа вернулся! – закричала жена от радости, заглядывая ему в глаза.
Он усадил возле себя детей, откашлялся и сказал, что какое-то время они будут жить отдельно.
– Скоро заберу вас к себе. Хотите жить со мной?
– Да, – обрадовался сын и побежал разглядывать новую игрушку, которую получил от отца.
Игорь повернулся к жене. Большие красивые глаза смотрели на него с невинным выражением:
– Как я рада, что ты вернулся.
– Я подам на развод, думаю, дети будут жить со мной. Ведь ты нигде не работаешь, дом принадлежит мне.
– Ты не поступишь так со мной.
