Рис. 3.25. Результаты гистологического исследования органов и тканей людей, пораженных мелкодисперсным аэрозолем возбудителя сибирской язвы. А. На блоке, сделанном из плевральной жидкости (несмертельный случай), в большом количестве показан гранулярный антиген В. anthracis, окрашенный изнутри мононуклеарных воспалительных клеток (иммунохимический тест выполнен с использованием мононуклеарных антител к капсуле В. anthracis и проявленный щелочной фосфатазой и нафтоловым крепким красным в собственной модификации авторов статьи). Увеличение в 158 раз. Б. Медиастинальный лимфатический узел, извлеченный из тела умершего больного, Отчетливо видны капсулярное и синусоидальное кровоизлияния (окрашивание гемотоксилином и эозином). Увеличение в 25 раз В. Лимфатический узел, извлеченный из тела того же больного. Видно большое количество гранулярного антигена В. anthracis, окрашенного изнутри мононуклеарной воспалительной клетки. Там же бациллы (указаны стрелочкой), находящиеся в субкапсулярной геморрагической области (иммунохимический тест выполнен с использованием мышиных моноклональных антител к клеточной стенке В. anthracis и проявлен, как описано выше). Увеличение в 100 раз. Г. Легочная ткань, полученная от умершего больного. Верхней стрелкой показан гранулярный антиген В anthracis, окрашенный изнутри периферических макрофагов. Нижней стрелкой показана бацилла, расположенная внутриклеточно. Увеличение в 100 раз По J. A Jernigan et al. (2001)
Клинические проявления болезни различались между собой и часто имели сходство с вирусными респираторными болезнями, что создает риск диагностических ошибок в условиях отсутствия террористической настороженности. J. A. Jernigan et al. (2001), подводя итоги изучения клиники случаев ингаляционной сибирской язвы, вызванной террористическим актом, обращают внимание на то, что такая форма сибирской язвы ранее (т. е. возникшая в результате инфицирования во время работ с переработкой шерсти животных, больных сибирской язвой) описывалась как болезнь с двухфазным клиническим течением Ее начальная фаза длилась 1–4 сут и проявилась следующими симптомами: недомогание, слабость, лихорадка, миалгии и сухой кашель. За ней следовала молниеносная фаза, для которой было характерно быстрое развитие респираторной недостаточности (в течение 1–2 сут), цианоза и обильное потоотделение (Dixon Т. et al., 1999; Brachman P., Kaufmann A., 1998). Симптомы начальной фазы 11 террористических случаев болезни в основном сходны с ранее описанными у 18 пациентов с нетеррористическими случаями ингаляционной сибирской язвы (Brachman Р., 1980). Но есть и отличия:
1) выраженный, часто «просачивающийся пот», характерен для поражения сухой сибиреязвенной рецептурой. Его не отмечали авторы, описавшие случаи инфицирования спорами сибирской язвы в цехах по промышленной переработке шерсти;
2) во время «естественных вспышек» состояние больного между начальной и молниеносной фазами болезни может на короткое время улучшаться. Этот клинический феномен не наблюдался у больных, пораженных сухой рецептурой В. anthracis;
3) до террористического акта 2001 г. считалось, что первично-легочной сибирской язвы не существует и на рентгенограмме может быть только выраженное расширение медиастинальных узлов при отсутствии признаков первичной пневмонии (Бургасов П. Н., Рожков Г. И., 1984; Braude А. I. с соавт., 1986).
