– Да, устроим им крупный скандал. Это будет для них хорошим уроком, – он потер подбородок. – Когда станет ясно, что они задумали, и троица приступит к осуществлению своего плана – мы возьмем их. А потом я позвоню Президенту… – на его губах возникла злорадная ухмылка. – Ты обожаешь хитроумные ходы, не так ли, Михаил?
– Так точно.
– Такая игра позабавит и меня. Каковы их шансы против наших?
– Равны нулю, Олег.
– Я тоже так думаю. Но все же – что они замышляют?
Цвигун задумчиво чертил пальцем по полированной поверхности стола.
– А если они потребуют дочь?
Бармин задумался.
– Да, пожалуй, такое возможно. Стоит подумать о ее безопасности.
– Не исключен ведь и силовой вариант с их стороны.
– И все-таки у них мало шансов.
– Что-нибудь еще, Олег? – Цвигун замер у стола.
– Итак, мы пустим их внутрь, но воспрепятствуем их уходу, – Бармин снова уселся в кресло. – Их надо взять, когда они перейдут к решительным действиям. Сколько людей охраняют дочь?
– Охранник на входе, еще двое на этаже.
– Не маловато?
– Не хотим спугнуть гостей.
– Хорошо. Присматривайте за ними. Если сунутся, надо их принять.
Бармин откинулся в кресле. Странные люди. Надо же додуматься похитить человека из тщательно охраняемого объекта! Это же глупость. Он глубоко затянулся. Но все-таки интересно, как они собираются сделать это?
Через полчаса после разговора УАЗ, за рулем которого сидел Шкаликов, подъехал к низкому одноэтажному дому на окраине Освеи, где жил водитель мусоровоза.
– Это здесь, – сказал сидевший на пассажирском сиденье Дроздов, наклоняясь к окну.
Шкаликов остановил машину у тротуара. На металлической табличке на стене можно было прочитать – «Гнедичев А.Т.».
– Спокойно, – сказал Дроздов, берясь за ручку дверцы. – Интересно, он живет один?
Они направились к двери, позвонили и стали ждать.
Через некоторое время послышались чьи-то шаги в коридоре. Дверь открылась, и на пороге появилась худенькая девушка с узенькими плечами.
– Здравствуйте! Хозяин дома? – спросил Дроздов.
Она с удивлением посмотрела на них.
– Уже поздно. А что такое? Может, придете завтра?
– Нет.
Она поколебалась, затем уступила.
– А вы кто?
– Мое имя вам ничего не скажет.
– Обождите, – она снова посмотрела на Дроздова и прикрыла дверь.
– Видно, дочь, – сказал Шкаликов.
Дверь отворилась, и появился пожилой мужчина – худой и сутулый.
– Добрый вечер. Что вам нужно?
– Здравствуйте, – сказал Дроздов, рассматривая его.
Он был плешив, с большим лбом, маленькими глазками, очень близко посаженными к переносице.
– Можно войти? – спросил Дроздов.
– Ну, заходите, раз пришли, – с некоторым колебанием проговорил водитель. – Хотя сейчас слишком поздно, чтобы говорить о делах, – добавил он.
– Лучше поздно, чем никогда, – заметил Шкаликов, чтобы хоть что-то сказать.
Они вошли в коридор и последовали за Гнедичевым в гостиную, украшенную зеленым ковром.
Гнедичев включил свет и встал около стола.
– Итак, – проговорил он, нервно теребя полы пиджака, – в чем дело?
– Вас, извините, как по имени-отчеству? – уточнил Дроздов.
– Андрей Трофимович…
– Так вот, Трофимыч. Я – майор ГРУ…
Услышав это, Гнедичев резко отступил назад и закрыл рот рукой. Его лицо побледнело, а в глазах застыл страх.
– Не пугайся, Трофимыч, – проговорил Дроздов, – мы по делу.
Водитель стал стучать зубами.
– Я вас прошу, – проблеял он, – что вам надо?
Дроздов пододвинул ему стул.
– Сядь! Нравится тебе это или нет, но мы заключим сделку. Я задам несколько вопросов, и, если у тебя есть хоть немного здравого смысла, ты на них ответишь. Завтра ты будешь в войсковой части. Верно?
Он весь дрожал, но упрямо покачал головой.
– Мне нечего вам сказать, – пробормотал он. – Я давал подписку, и если я нарушу ее…
– Ты будешь говорить, – возразил Дроздов, возвышаясь над ним во весь свой огромный рост, – или мне придется…
Он достал пистолет и приставил его к груди Гнедичева. Водитель побледнел, но не сказал ни слова. На одну секунду Дроздову показалось, что тот теряет сознание, но водителю удалось взять себя в руки.
– Нет, нет, – начал он умоляющим шепотом.
– Будешь говорить?
Он слабо кивнул головой.
Дроздов убрал пистолет.
– На этот раз постарайся ответить быстро.
Гнедичев снова кивнул, дыша как астматик.
– Завтра утром ты направляешься в войсковую часть. Так?
– Да.
– В котором часу?
– В девять.
– В котором часу ты должен прибыть туда?
– Без четверти десять.
– И что дальше?
Его веки дрожали.
– Забираю мусорные баки.
– Один?
– У меня есть помощник.
– Кто-то из обслуги столовой помогает вам?
– Нет. Обходимся сами.
Дроздов улыбнулся, – это облегчало дело.
– Во дворе стоит железный бак. Это такой же, как там?
– Да.
– Пойдем посмотрим…
В тот момент, когда он встал, в доме раздался слабый звук. С быстротой молнии Дроздов бросился к двери.
– Проследи за ним, – бросил он Шкаликову, вынимая пистолет.
Выбежав в коридор, он услышал писк телефона и, подскочив к двери в спальню, резко распахнул ее.
Маленькая дочь водителя судорожно набирала номер на мобильнике. Увидев его, она подняла голову и закричала. Он пересек комнату и, взяв из ее рук телефон, сунул себе в карман.
