На прошедших 18 февраля выборах партия Пьера Элиота Трюдо одержала убедительную победу, а Джордж прошел в парламент уже на третий срок. Вскоре последовал телефонный звонок от Трюдо, который предложил ему занять должность государственного секретаря по международным отношениям в департаменте, занимающемся укреплением связей со странами третьего мира. Политические обозреватели не преминули отметить, что этим постом Тэлбот был обязан как собственному политическому здравомыслию, так и общественной активности своей жены. Отец Диди снова принял участие в финансировании избирательной кампании Джорджа, хотя, по словам руководителя предвыборного штаба, на сей раз нужды в этом не имелось — предвыборный фонд Тэлбота был полон. Впрочем, Джордж отнюдь не был склонен отвергать помощь Айна. Он принимал ее с благодарностью, и глава «Айн Констракшнз» пользовался всеми преимуществами, вытекающими из не оформленной даже словесно, но тем не менее нерушимо соблюдавшейся сделки, заключенной между ним и Джорджем несколько лет назад в его кабинете в присутствии Диди. Так, например, для решения какого-либо вопроса Айну не приходилось записываться на прием к соответствующему чиновнику за три недели: ему всегда обеспечивали встречу с нужным человеком в течение двадцати четырех часов, причем в удобное для него время. Никому не хотелось ссориться с родственником Джорджа Тэлбота, ставшего заметной политической фигурой. Способности и энергию Мужа Диди признавали все, а люди проницательные отмечали также его примечательное политическое чутье.
Джордж позаботился о том, чтобы его тесть стал постоянным участником встреч ведущих политиков и бизнесменов, которые регулярно освещались в специальных репортажах «Глоуб энд Мэйл». Эти люди обладали не меньшим богатством, чем Стэнли Айн, но занимали более высокое положение, и до недавних пор их круг оставался для него недоступным. Теперь отец Диди вступил в это элитарное сообщество, члены которого называли друга по именам, и в глазах многих приобрел репутацию не просто удачливого дельца, а человека «со связями». Джордж отплатил ему за поддержку в той валюте, которую Айн ценил больше всего: помог обрести респектабельность и войти в высшее общество, иными словами, получить то, к чему он стремился и что не могли дать ему одни лишь деньги.
С получением Джорджем должности в кабинете участие Диди в его общественной жизни закончилось. Он перешел важный карьерный рубеж, выражаясь его собственными словами — «политический Рубикон», а жену оставил на другой стороне. Теперь Джордж заявлял, что ей больше нет Необходимости прилетать ради него в Оттаву и жертвовать временем, которое можно провести с сыновьями, ведь все последнее время им так ее недоставало. Ему не хотелось и впредь отягощать ее частыми перелетами и присутствием на скучных официальных мероприятиях, тем паче, что у него появилась помощница, на которую были возложены все эти обязанности. «Она делает при мне то же самое, что я делал при Брэдли, — самодовольно пояснил Джордж, — только совершенно официально».
Скоро Диди привыкла к тому, что по пятницам муж нередко сообщал ей по телефону о срочной вечерней встрече с каким-нибудь министром или высшим чиновником, из-за которой он, к сожалению, не сможет попасть домой до следующего утра. Ко множеству дел, постоянно удерживавших Джорджа в Оттаве, добавлялись и продолжительные поездки в страны третьего мира, главным образом — африканские.
— А почему бы мне не составить тебе компанию? — осмелилась спросить Диди за шесть недель до поездки в Кению.
— У нас слишком напряженный график, — возразил он, — мы будем каждый день переезжать из города в город.
— Я не против.
— Но подумай сама: только распаковала вещи и уже снова упаковываться. Ночные перелеты, непривычный климат. Через несколько дней это покажется тебе кошмаром.
— Чепуха.
— Хм… Но надеюсь, ты понимаешь, что мы не станем останавливаться в отелях высшего разряда. Министерство настаивает на простоте и скромности, полагая, что это будет способствовать укреплению нашего демократического имиджа.
— Не беспокойся, для меня это не проблема.
— Тогда договорились. Я скажу помощнице, что ты едешь со мной. Кения — чудесная страна, тебе будет, чем себя занять.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, я-то туда еду по делам, и должен буду отчитаться о проделанной работе. У меня не будет возможности уделять тебе много времени.
— Но какое-то время мы сможем бывать вместе?
— Само собой. В самолетах, на официальных приемах… Короче говоря, изредка.
Диди оставила эту тему и больше не предлагала сопровождать его в участившихся поездках, в которые он нередко отправлялся неожиданно, практически без предупреждения.
