Как там Дженни, скучает ли по маме? Огромное расстояние, океанские просторы — усиливает ли все это чувство одиночества? А ведь их разделяет еще и шестичасовая разница во времени: когда дома день — здесь ночь, и дочери, учитывая расписание ее занятий, не так-то легко с ней связаться. Сейчас Барбара жалела, что не позвонила Дженни перед тем, как легла спать, ведь девочка наверняка была дома. Она рассталась с дочерью всего два дня назад, но забыла предупредить, что теперь не сможет звонить ей так часто, как во время предыдущих отлучек. Хотелось надеяться, что Дженни не почувствует себя покинутой. Или, хуже того, не вообразит, будто маме больше нет до нее дела. После того злосчастного происшествия Дженни стала непредсказуемой и слишком чувствительной.
Снова прогремел гром. Дождь снаружи барабанил с такой силой, что это напомнило Барбаре топот копыт мчащихся по равнине лошадей. Ритм дождя навеял сон, но сон беспокойный: взмыленный гнедой скакун, вытянув вперед шею, во весь опор мчался по зеленому, со вспышками желтых цветов, лугу. Потом дождь стал стихать и удаляться, а вместе с ним растворился вдали и конь, которого Барбара так отчаянно пыталась догнать. Конь, уносивший прочь девочку с каштановыми волосами.
Барбара забылась в беспокойном сне.
Поутру к ней вернулся оптимистичный настрой. Непогода больше не буйствовала, и снаружи сквозь планки просачивался намек на свет. Барбара порывисто вскочила с постели: после беспокойной ночи ей хотелось поскорее увидеть дневной свет и так тронувший ее вчера своей красотой пейзаж.
Однако сегодня воздух был тяжелым и неподвижным, а вид с балкона открывался довольно унылый. Обрамлявшие озеро утесы были скрыты облаками, серая пелена тумана, сползая с гор, окутывала лес и дома. С большим трудом ей удалось разглядеть противоположный берег; разорвать плотную завесу удавалось лишь проблескам маяка. Завтракать на балконе не имело смысла: она решила спуститься и присоединиться к остальным.
— Привет.
— Ну и ночка.
Джуди и Диди приветствовали ее почти одновременно, как только Барбара села на остававшийся свободным стул, тот самый, который занимала в прошлый вечер. На столик она поставила поднос с выбранными в буфете лакомствами.
— Надеюсь, в отличие от меня, вам удалось толком поспать, — произнесла Диди, перекрывая гул наполнявших зал голосов и, видимо, продолжая уже начатый разговор. — А я так просто глаз не сомкнула.
Она налила себе чаю из серебряного чайника. Рельефная гравировка изображала перья, а носик походил на жадно разинутый клюв нетерпеливого птенца.
Все столики поблизости были заняты. Посетители выглядели оживленно и завтракали с отменным аппетитом. Немецкая туристка пила обезжиренный йогурт, в то время как ее муж, развернув «Ди Вельт», зачитывал супруге вслух избранные выдержки. Плотная, с внушающим почтение серебром в волосах, матрона из Милана, сидя в окружении представителей нескольких поколений своей семьи, что-то вещала, медленно и важно выговаривая каждое слово. Она откровенно радовалась возможности чувствовать себя значительной персоной, в частности тому, что родичам, сидевшим подальше, приходилось вытягивать вперед шеи, ловя каждое слово. Официанты, обмениваясь добродушными шутками, сновали меж столиков, бойко обслуживая гостей.
Вы только взгляните, что натворила буря, — сказала Джуди, указывая на находившийся позади нее сад, к которому Барбара сидела лицом.
Ночью ветер не только срывал с деревьев листву, но и обламывал целые ветки: сейчас садовники расчищали дорожки, вывозя бурелом на тачках.
— Похоже, сегодня погода будет не лучше, — заметила Диди.
Барбара подняла взгляд на утесы, где угнездились стилизованные под средние века постройки. Огонь на башне маяка сейчас не горел, и симметричные отверстия по обе стороны карниза зияли, как пустые глазницы.
— Похоже, из-за грозы у многих разыгрался аппетит, — промолвила Джуди. — Во всяком случае к завтраку народу собралось немало.
— Пойду, возьму еще йогурта, — отреагировала Диди. — Кому что-нибудь принести, раз уж я все равно встала?
— Спасибо, мне ничего не надо, — ответила Джуди.
— Я и с этим-то не знаю как справиться, — сказала Барбара.
— Prego, fax per signore americane[11].
Джуди обернулась к коридорному. Тот снял конверт с надписью «столик № 6» с серебряного служебного подноса и положил на середину круглого столика, под вазочку с желтыми цветами.
— Кто-нибудь из вас ждет факс? — спросила Джуди.
— Во всяком случае, не я, — откликнулась Диди.
Барбара отрицательно покачала головой.
— Наверное, это из моего офиса… — Джуди потянулась к конверту.
— Ну, я через минутку вернусь, — бросила Диди, отходя к буфетной стойке.
— Ну и факс, — сказала Джуди Барбаре, достав из конверта и развернув лист бумаги. Не удивительно, что они не поняли, кому он адресован: почти все буквы расплылись.
— Может, это из-за грозы, — предположила Барбара.
