Смятение Виктора снова всплыло на поверхность; он снял шляпу и пригладил волосы.
— Юри, Крес… черт с его дурацким кодовым именем! Капитан Попович знает тебя в лицо, он знает, где ты работаешь, и он, может, пока и не выведал твоего имени, но скажи мне, сколько японцев работает на МИ-6? Он напрямую контактирует с двумя самыми высокопоставленными агентами в этой стране! Он заставит их откопать тебя! Корея — не самое безопасное место на свете, но оттуда ты мог бы бежать в Японию при необходимости! Ты мог бы вернуться домой!
— Нет. Мой дом — рядом с тобой.
В зрачках Виктора отразилась безнадежная смесь отчаяния и обожания.
— Я не допущу, чтобы тебе причинили вред из-за меня.
— Думаешь, мне не причинит вред находиться в другом конце мира и даже не знать, жив ли ты? — Юри снова заключил его в объятия, прижавшись лицом к плечу. — Однажды я уже думал, что смогу жить без тебя, и я ошибся. Я уже все решил: я не собираюсь покидать тебя опять.
Виктор вздохнул еще раз, и его дыхание обдало жаром краешек уха Юри.
— Тогда что нам делать? Бежать обоим? Куда?
— Не знаю, — ответил Юри, — но кое-кто сможет нам помочь.
Когда Юри позвонил в лондонский дом Минако, ему повезло застать ее, и он был так этому рад, что не сразу понял суть, когда она сообщила ему, что ей придется захватить с собой «компанию». Теперь же он сидел на диване с Виктором, и их с интересом, словно зверьков в зоопарке, разглядывали Минако, Челестино и Пхичит. Юри глубоко пожалел, что не уточнил про «компанию» пораньше.
— Как забавно! — изрек Пхичит таким легким тоном, словно у них были милые дружеские посиделки. — Приятно видеть тебя, Виктор, как дела?
— Спасибо, нормально… — слабо ответил тот.
Виктор бросал упрекающие взгляды на Юри, Юри старался изо всех сил не смотреть так же на Минако, а Минако притворялась, что ничего не замечала.
— Итак, — воздушно продолжил Пхичит. — Я так предполагаю, что причина, по которой мы собрались этим чудесным пятничным вечером в гостиной Юри, а не в каком-нибудь хорошеньком местечке, как-то связана с тем, что вы все шпионы.
Присутствующие тут же уставились на него, а Пхичит как ни в чем не бывало достал сигарету из кармана пиджака.
— Я не должен был знать об этом, да? — невинно спросил он, зажигая ее и указывая жестом на всех остальных. — Понимаете, профессор, я прочитал все, что Вы когда-либо публиковали по криптоанализу, и я знаю, чем Вы занимались во время войны. Миссис Ч, либо Вы просто знаете кучу людей с на редкость странными именами и каким-то образом добились членства в «Special Forces Club» с помощью взяток, либо Вы тоже были агентом в какой-то момент. Юри, ты бегло говоришь по-немецки и ты жил в Берлине, а теперь ты живешь в Лондоне и почти ничего не рассказываешь о своей работе. Это же просто элементарно! Ну, а ты… — все вместе с Пхичитом повернули головы к Виктору, когда он указал на того пальцем, — ну, не знаю, может, ты и в самом деле обычный учитель. Но это было бы как-то странно, учитывая твое окружение, — он сделал достаточно долгую паузу, чтобы выпустить колечко дыма. — Что вы все так удивляетесь? Господи боже, вы как будто забыли, что я работал на Свободный Таиланд.
Юри не знал, куда направить взгляд, и поэтому упорно таращился на свои руки, лежащие на коленях. Молчание затянулось, но через несколько секунд Виктор разбил его смешком.
— Ты прав, — сказал он. — Получается, мы все здесь шпионы. Я офицер советской разведки, майор МГБ. Нахожусь в Лондоне с 1947 года, чтобы присматривать за большой сетью агентов, имеющих доступ к секретным источникам информации в Британии.
Минако дернулась.
— Юри, ты знал об этом? Знал о том, кто он на самом деле? — тон ее голоса внезапно обрел ледяную жесткость. Юри начал кивать, но она пресекла его взмахом руки. — Погоди-ка. В Берлине у тебя был советский контакт, еще один разведчик-резидент. Это же не… Он не…
Он взял руку Виктора в свои и посмотрел ей в глаза.
— Да. Так мы впервые и встретились. Мы знаем друг друга с 1940 года.
Челестино впал в шок, а Пхичит засветился от умиления. Минако смерила Юри безэмоциональным взглядом, а потом трагично приложила ладонь ко лбу.
— Юри, ты хотя бы пытался не жить по сюжету какого-то дурацкого романа? И что же теперь ты мне поведаешь? Что ты собрался ходить по городу в плаще и маске, верша правосудие во имя беззащитных людей? Что ты сбежал из тюрьмы на острове и теперь замышляешь месть? Выкладывай уже.
— Мне кажется, я должен также добавить, что я собирался перейти на вашу сторону, — сказал Виктор.
Минако резко откинулась в кресле.
— Прекрасненько. Молодец, Юри, это заняло девять лет, но ты все-таки затрахал коммуниста до отречения последнего. Мои поздравления. Тебе надо служить в контрразведке.
К щекам Юри мгновенно прилила кровь, но он прочистил горло и объяснил:
— Послушайте, я пригласил вас сюда не для того, чтобы мы тут делились нашими самыми страшными тайнами. Нам нужна твоя помощь, Минако. Я и Виктор… мы должны бежать из страны. Как можно скорее.
Минако раскрыла рот, но Виктор сжал руку Юри и заговорил сам:
