— Он неглуп и натренирован, Моррис. Большой ловкач. Но преувеличенного мнения о себе: воображает, что не оставляет никаких следов.
— А сам пишет на стенах.
— Именно. Эти слова — это то, что он думает, что чувствует, в них кроются его мотивы. Так что следов выше крыши. Мне надо всего-навсего научиться читать между строк.
Она сделала большой глоток и довольно зажмурилась.
— Ну, все, дальше у меня по программе выход к долбаной прессе.
— Удачи, дитя мое!
Она рассмеялась.
— Сам подумай: скользкая бездушная адвокатша с большим влиянием и жалкий торчок. Где связь?
Она стала кружить по моргу, ломая голову над собственным вопросом. Моррис перенес внимание на Пибоди:
— Как горячий шоколад?
— Бледная тень настоящего, но аромат навевает смутные воспоминания.
— Если вспомнить хронологию, — заговорила Ева, — мое тревожное знакомство с Баствик состоялось летом 2058 года, а моя последняя встреча с Ледо — в январе 2059-го. Получаем временной отрезок. Есть над чем поразмыслить. — Она засунула руки в карманы. — Только что толку? С начала 2059-го я с кем только не пересекалась! В распоряжении убийцы было целых два года.
— С Баствик ты, по крайней мере, не сходилась врукопашную, в отличие от Ледо, — сказала Пибоди. — Вдруг с точки зрения убийцы произошел подъем по преступной шкале?
— Может быть. Это тоже тема для размышлений. Но стычка с Ледо была случайной, надо искать что-то намеренное. — Она, закатив глаза, сделала еще глоток. — Сколько человек замахивалось на меня за последние два года? Сколько поносили меня последними словами, повышая степень словесного неуважения? Сколько норовили перейти от слов к делу? Нет, мы не найдем его, если будем пытаться предугадать его следующую жертву. — Она махнула рукой. — Слова, ход мысли — вот след, который он оставляет. И жертвы. — Она снова покосилась на Ледо. — Погребением Ледо изъявил желание заняться некто Кармине Ателли.
— Родственник?
— Нет, просто добрый самаритянин, как ни странно это звучит. Он свяжется с вами. — Она допила пепси и стала катать баночку между ладонями. — Как ты назовешь цвет этого костюма?
— Сердолик.
— А как называется животное, меняющее цвет?
— Ничего похожего: хамелеон.
— Пускай. Цвет мне нравится, хорошо, что ты его не меняешь. — Она ловким броском отправила банку в мусорный бак. — Не разучилась! — С этими словами она направилась к двери.
— Это точно, — сказал Моррис и повернулся к Ледо. — Это поможет ей найти того, кто расправился с тобой. Если убийца не знает об этом ее достоинстве, значит, он заблуждается, считая, что хорошо ее изучил.
В Управлении Ева успела получить короткое наставление от Киунга.
— Сама все знаю, — начала она, надеясь избежать поучений.
— Допустим. Но, как я вижу, вы раздражены, и это станет заметно еще до того, как они усилят ваше раздражение.
Признавая его правоту, она ответила:
— Я буду держать себя в руках. Сцепиться с идиотом-журналистом — все равно что повесить ему на спину мишень.
Киунг посерьезнел.
— Об этом я не подумал.
— А я подумала. — С этими словами Ева вошла в зал для брифингов.
Там немедленно включились камеры и диктофоны, кто стоял, сразу сели. «Полна коробочка», — подумала Ева.
— Леанор Баствик убита в своей квартире вечером двадцать седьмого декабря. Я веду следствие по этому делу вместе с напарницей, детективом Пибоди. Мы изучаем все версии. Наличествующие данные свидетельствуют, что неизвестный, переодевшись рассыльным, проник в жилище мисс Баствик, обездвижил ее ручным шокером и задушил. В качестве адвоката по уголовным делам мисс Баствик много лет получала угрозы. Мы занимаемся их изучением.
Некоторые стали выкрикивать вопросы, но Ева их игнорировала. Сначала ей нужно договорить.
— Сегодня рано утром убит в своей квартире Вендал Ледо. Он был известен как наркоторговец и как завсегдатай подпольного игорного заведения в районе под названием «Квадрат». Дом, где он жил, не был снабжен сигнализацией. Убийца, вскрыв нехитрые замки, проник в квартиру. Ледо тоже сначала оглушили, а потом закололи. Это дело тоже расследую я. Мы проверяем все версии. Судя по уликам, Леанор Баствик и Вендала Ледо убил один и тот же неизвестный.
Она разглядела в глубине зала Надин — все в том же наряде, но уже вооруженную камерой.
— Улики позволяют нам связать оба убийства. Сближает их и наличие посланий на месте обоих преступлений. Все улики, включая письменные послания, будут тщательно изучены и использованы для определения личности и задержания виновного в смерти Леанор Баствик и Вендала Ледо. Я не буду углубляться в подробности обнаруженных улик и ведущегося расследования. Вы сэкономите нам время, если будете помнить это, задавая вопросы. Прошу!
— Правда, что послания адресованы вам?
— Экономьте время! — ответила Ева. — Я не распространяюсь о подробностях.
— Правда, что у вас были стычки с обоими убитыми? Вы с ними враждовали?
