«Как занятно! — подумала Ева. — Когда наблюдаешь это в действии, происходит концентрация, уплотнение. К Хастингсу можно было подобраться самыми разными способами. Можно было бы выбрать вместо него кого-нибудь еще, более досягаемого, вроде Ледо. Но в Хастингсе было больше…»
— …риска, — закончила она свою мысль вслух. — Здесь она больше рискует — взять хотя бы карабканье по лестнице. Вот скажи, кто смотрит вверх?
— Туристы, иностранцы, — начала Пибоди. Ева с улыбкой оглянулась на нее.
— Бинго! Чужие только и делают, что задирают голову. Гляди, какое высоченное здание! Воздушный трамвай — зря мы на нем не проехались! Она пошла на риск. Риск не такой уж сильный: кто-то увидел бы просто человечка, тащащего вверх коробку.
— Поняла: в этом не было необходимости. Она сама этого захотела. Чтобы произвести на тебя впечатление?
— Может быть. И чтобы добавить адреналина. Теперь ей подавай его. Она звонит в дверь и ждет. Раз она изучала Хастингса, то знает, что с него станется послать ее куда подальше, не открыв дверь, но слишком уж ей хочется, чтобы он ее открыл. И она добивается своего. Услышав его брань, она почувствовала неожиданную волну приязни. Разряд он получил с более близкого расстояния, чем Баствик, поэтому сначала отпрянул, весь трясясь, а потом рухнул. Убийца ставит коробку на пол, начинает закрывать дверь, но тут по лестнице спускается Матильда. Полет бутылки с вином, электрический разряд, не попадающий в цель.
— Брызги вина попали на пальто — как же без этого?
— Вот оно! Два момента. Конец программы! — Ева повернулась к Пибоди. — Первый. Если она действительно изучала Хастингса, то почему не учла, что имеет дело с творческой личностью? У него могла быть поздняя фотосессия, почему бы ему не заставить натурщиков работать допоздна, пока он не добьется от них желаемого? Допустим, подружку и интимный ужин она исключала, но как не предусмотреть осложнений из-за его ветрености, требовательности, нестандартности? В общем, он — неудобная мишень.
— Зато видная. Если бы она с ним сладила — а это произошло бы, если бы не Матильда, — то это убийство затмило бы убийство Ледо, — сказала Пибоди. — Баствик и та оказалась бы на заднем плане. К тому же третье по счету убийство само по себе превращает ее в серийную убийцу. Успешный фотограф-художник — это тебе не подзаборный торчок.
— Да, убить еще одного наркомана значило бы разочаровать публику. Теперь второй момент: велика важность — полуодетая безоружная баба! Но она ее не преследует. Словом, она мыслит от сих до сих, не способна молниеносно изменить свой план. Матильда не вписывалась в этот план, поэтому убийце оставалось только спасаться бегством.
— Ты с самого начала назвала ее трусихой.
— Если бы только это.
Три реконструкции, запущенные подряд, добавили ясности.
— Первые два убийства прошли гладко. Как она задумала, так все и произошло. Ей нужны порядок и логика. Появление Матильды нарушило порядок. Оно было нелогичным.
— И она уже не знала, как поступить, — добавила Пибоди. — Инстинкт не подсказал, как действовать не по сценарию.
— Именно. Вместо того чтобы догнать полуодетую невооруженную женщину, прикончить ее и повторить прерванную попытку, она уносит ноги.
«Запрошенное время истекло. Просьба выйти из системы и покинуть помещение».
— Хорошо. Компьютер, отправить программу на мои домашний и служебный компьютеры. Лейтенант Ева Даллас.
— Она возвращается туда, где чувствует себя в безопасности, — продолжила Ева, покидая «Голографию». — Пытается успокоиться. Принимается писать мне письмо с извинением. Ах, Ева, я тебя подвела. Но случившееся не выходит у нее из головы. Все должно было получиться! Я должна была проявить больше благодарности. Кто виноват, раз она все так отлично подготовила? Она так мне доверяла, а что получила в ответ?
— Что из всего этого следует?
— Что она не коп. Или что была (или остается) совсем никудышным копом. Любой стоящий полицейский, проработавший хотя бы два дня, умеет ориентироваться по обстоятельствам. Копы преследуют, а не убегают. Ты вооружена, а твоя жертва нет? Какое может быть бегство? Нет, коп не убежит. Фанат, добровольный помощник — может быть. Кто-то, имеющий отношение к органам правопорядка, но не состоящий на действительной службе, — тоже.
— Если ты права, мне полегчает. Мне очень хочется, чтобы ты не ошибалась, особенно после…
— Разговора с Тортелли. — Ева видела свою напарницу насквозь. — У нас на пути электронный отдел. Хочется потолковать об этом с Фини, если он еще на месте. После этого я подброшу вас с Макнабом до дома.
— Серьезно?
— Мне это более-менее по пути, тем более если Мэвис дома. Кстати, узнай. Если она дома, мне хочется самой на нее взглянуть.
— Конечно. Вы с Рорком пойдете на «Болл дроп»?
— Куда мы денемся! Но при одном условии: если в предстоящие сутки нас обоих постигнет обширное помутнение мозгов. — Она нахмурилась. — А вы?
