Он же сказал: «Если б было возможно, то монаху лучше было бы оставлять на усмотрение старцев даже, сколько шагов сделать и сколько капель воды выпить в келье, и спрашивать, не погрешил ли он в чем-нибудь. Допустим, брат нашел в пустыне место отдаленное и безмолвное и спросил духовного отца: «Позволь мне поселиться там, надеюсь, что ради Бога твоими молитвами много потружусь». Но авва не разрешил ему поселиться там, сказав: «Поистине знаю, что ты сможешь там много трудиться, но так как рядом с тобой не будет старца, ты будешь полагаться только на самого себя, в уверенности, что твои труды угодны Богу. И так как ты останешься доволен собой, считая, что совершаешь монашеское дело как следует, то погубишь все свои труды и самый свой ум».
Авва Моисей сказал: «Монах, имеющий духовного отца, но не приобретший послушания и смирения, а сам по себе постящийся или делающий еще какие-нибудь дела, кажущиеся ему благими, не стяжал ни одной добродетели и не знает, что такое монах».
Как вспоминал святой Пимен, авва Феон говорил: «Даже если кто-нибудь обретет добродетель, Бог не даст ему благодати, ибо Он знает, что человек может пренебречь своим трудом, но если он пойдет в послушание к ближнему, тогда благодать пребудет с ним».
Старец сказал: «Если докучают тебе нечистые помыслы, не смей скрывать их, но тотчас выскажи духовному своему отцу и изобличи их. Чем дольше человек скрывает свои помыслы, тем более они умножаются и обретают силу. Как змея, если выползет из норы, тотчас скрывается с глаз, так и лукавый помысел, будучи выявлен, тотчас гибнет. И как червь точит дерево, так лукавый помысел губит сердце. Открывающий свои помыслы вскоре исцеляется, а скрывающий их болен гордыней».
Авва Макарий жил в верхней пустыне и подвизался в одиночестве. А ниже была еще одна пустынь, где было много братьев. Как-то авва стоял у своей кельи и увидел сатану – тот шел по дороге в человечьем облике. Одет он был в льняной стихарь, весь в дырах и в каждой дыре виднелся пузырек. Старец узнал его и спросил:
– Куда путь держишь?
– Иду навестить братьев, – ответил тот.
Старец спросил:
– А на что тебе эти пузырьки?
– Братьям на пробу.
– И так много? – спросил старец.
– Да. Кому не понравится одно, предложу другое. Если и это не подойдет, дам третье. Смотришь, что-нибудь из всего этого да придется по вкусу, – ответил сатана и продолжил свой путь.
Святой остался ждать у дороги, пока тот не пошел обратно. Увидев его, старец сказал:
– Как спасаешься?
– Какое там..., – ответил сатана.
– Это почему же? – спросил авва.
– Все обозлились на меня, – ответил сатана. – Никто даже на дух не переносит.
– Неужели у тебя нет друзей? – спросил святой.
– Да есть тут один, – ответил тот. – Только он и слушается меня. Как завидит, так крутится, как вихрь.
– А как зовут брата?
– Феопемпт, – ответил сатана и пошел дальше.
Тогда старец встал и пошел к братьям. Узнав, что к ним идет Макарий, отшельники вышли к нему навстречу с пальмовыми ветвями в руках. Каждый навел порядок в своей келье, надеясь, что старец остановится у него. Но святой спросил, кто из них Феопемпт и, отыскав его, зашел к нему в келью, и тот принял гостя с радостью. Когда они помолились и сели, старец спросил:
– Как поживаешь, брат?
Тот ответил:
– Твоими молитвами, отче, хорошо.
– Не одолевают ли тебя помыслы? – спросил старец.
– Пока все хорошо, – ответил монах, ибо стыдился сказать правду.
– А я вот уже сколько лет подвизаюсь, – сказал авва, – и меня все почитают, но ведь меня даже при моих годах смущает дух блуда.
– Поверь, отче, и меня тоже, – признался брат.
Старец рассказал и о другие помыслах, которые якобы терзают его, и так вынудил монаха признаться во всем. Затем спросил:
– А как ты постишься?
– До девятого часа.
– Постись до вечера, – посоветовал авва, – подвизайся, учи наизусть из Евангелия и псалмы. А если придет помысел, никогда не думай о земном, но всегда о горнем, и Господь сразу тебе поможет.
Так старец, укрепив брата, вернулся к себе в келью. Как-то он опять стоял и смотрел на дорогу и снова увидел того же демона и спросил:
– А теперь куда путь держишь?
– Иду навестить братьев, – ответил тот и сразу ушел.
Старец решил подождать. Он смотрел на дорогу и вдруг
видит, что нечистый идет обратно. Святой спросил:
– Ну, как там братья?
– Ужасно, – был ответ.
– Почему? – спросил старец.
– Злые они все. А, что хуже всего, у меня там был друг, меня слушался, а теперь и он испортился. Меня на дух не принимает и стал злее всех. Так что я зарекся туда ходить. Ну, если только через какое-то время ..., – сказав это, он ушел.
А святой авва вернулся к себе в келью и возблагодарил Бога за спасение брата.
