Блаженны алчущие полностью

Мужчины оглядывались назад, а девушка, благослови ее Боги, ожила и забилась в лапах похитителя. Тот попытался перехватить ее поудобнее, а потом просто швырнул на землю.

Теперь мерзавцы могли бежать быстрее. Дистанция между ними увеличивалась.

Когда Филип упал на колени рядом с сестрой, Кевину тоже пришлось остановиться. Он смотрел на удалявшиеся спины, и сжимал кулаки в бессильной ненависти.

— Ты цела?! — восклицал Филип. — Цела?! Он помог девушке принять сидячее положение, а та смотрела на брата широко распахнутыми, слепыми от шока глазами.

Жалость полоснула сердце Кевина, но, увы, время терять было нельзя. Он заметил, что мерзавцы замедлили шаг, все чаще оглядываясь. Вот-вот догадаются, что вся погоня за ними — лишь два одиноких юнца. И тогда…

Он склонился и попытался взять девушку за руку. Офелия шарахнулась в сторону с возгласом страха, затем ее взор прояснился.

— Я хочу домой, — прошептала она.

— Мы идем домой, — пообещал Кевин.

Добежав до поворота, похитители развернулись. Их головы сблизились — что-то решают, твари.

Один из них сделал несколько шагов в обратном направлении. Кивнул остальным…

Кевин ухватил Офелию под мышки, с помощью Филипа помог ей встать. Ноги девушки подгибались — похоже, придется нести на руках.

Как бы Кевин ни жаждал крови ублюдков, на нее напавших, нельзя было бросить друга одного с такой ношей. Но тут же он понял, что выбора больше нет.

Мерзавцы шли назад, с оружием наголо. Шестеро. Короткая будет схватка, но что ж… — Бери сестру и беги, — велел Кевин, толкая Офелию в объятия брата.

Филип мрачно мотнул головой. — Они разделятся, и зарежут нас по одиночке. Вдвоем мы, может, сможем их задержать. Ненадолго.

Кевин проглотил возражения, хотя это дорого ему стоило. Друг был прав, черт все дери. Шестеро расправятся с ним мгновенно, окружив со всех сторон, и тут же кинутся за Филипом. А тот, с сестрой на руках, будет легкой добычей.

Улица довольно узкая, может, у них есть шанс…

Филип встряхнул Офелию за плечи. — Ты должна идти, слышишь? Должна. Беги вперед, сверни направо, потом только вперед, найди мост, поняла? Возвращайся домой.

Он подтолкнул ее, и Офелия не упала. На заплетающихся ногах, шажок за шажком, девушка уходила вперед. Одна надежда — она обретет второе дыхание, и к тому моменту, как с ними расправятся, окажется достаточно далеко.

Бандиты снова замедлили темп, приглядываясь к будущим противникам… Перебросились парой слов на каком-то жаргоне, не разберешь.

Филип уже принял боевую стойку: длинный узкий клинок меча переливался молочным светом. Кинжал в правой руке слегка подрагивал, выдавая волнение. Вооруженный этой комбинацией, его друг был опасен для любого, кто не приблизился к уровню Оскара Картмора. Коли не потеряет присутствие духа…

Значит, вот как придет смерть, подумал Кевин, становясь рядом и обнажая полуторник. Он-то думал, что хоть в настоящей битве побывать успеет. Что ж, так тоже неплохо — просто и красиво. Сражаться, убить или умереть — вместе. В руке меч, рядом — друг. Для этого он был рожден, в конце концов.

— Их слишком много, — прошептал Филип безнадежно.

— Нас обучали лучшие мастера, твой дядя. Эти отбросы нам не ровня. Никогда не отчаивайся, прозвучали в ушах слова Оскара. Потерял надежду на победу — и ты труп еще до того, как вынул меч из ножен.

Друг с горечью усмехнулся. — Нас учили делать финты и комбинации… А это — настоящие убийцы. Они научились убивать.

Страх проступал на его лице, в его голосе.

Это было плохо. Но коли надо, Кевин станет драться за двоих. Не боязнь смерти заставляла неистово биться его сердце.

Он тоже был убийцей. Должен был быть. Иначе, какой от него прок? Вот он, час истины, первое испытание, жизнь или смерть. Час когда…

Они обрушились на них в лязге оружия.

III.

…Луна лизала сталь в руках бандитов — мечи, ножи, кинжалы. Мерзавцы не все были обучены благородному искусству фехтования — один из противников Кевина помахивал топориком на длинной ручке, рассекая воздух в опасной близости от его лица. Бандит с огромной головой, доставшийся на долю Филипа, держал в лапах два больших тесака. Время от времени он водил лезвием о лезвие, как мясник, готовящийся к разделке туши, и воздух прорезал алчный скрежет.

— Сколько вас еще, ребятки? — А этот долговязый был среди них, кажется, самым опасным. Он отлично орудовал мечом, дюйма на три длиннее, чем меч Кевина.

— Целый отряд, — Руки Филипа не переставали двигаться, рисуя в воздухе серебряный узор. — Вам лучше убраться, пока остальные не нашли нас. Его взгляд метался от одного противника к другому.

— Вы одни, щеночки, — почти ласково, с уверенностью заключил долговязый. Он улыбался, покачиваясь из стороны в сторону и перекладывая клинок из руки в руку — только успевай следить. — А вот наши приятели здесь поблизости.

— Да! — подтвердил большеголовый. — Именно. Незачем вам губить свои молодые жизни. Сдавайтесь, и слово чести, мы вас отпустим, облегчив на вес ваших кошельков.