Блаженны алчущие полностью

Но оратор ничего не замечал. — Он завалился на бок, да так и повис в стременах, и коняга его ускакал с ним вдаль — уж куда он его завез, не знаю! Вот, ребятки, как полезно бывает пораскинуть мозгами, ха-ха!

Ученики, прятавшие усмешки, теперь могли посмеяться, не скрываясь. Старый ветеран обрадовался произведенному впечатлению и захохотал громче всех.

— Какая сила! И какая меткость! — воскликнул Филип, поднимая бокал в воздух. — За это надо выпить.

Старик не заставил себя уговаривать, прильнув к кувшину с жадностью человека, часами блуждавшего по раскаленной пустыне в поисках оазиса.

Филип тоже осушил бокал — и, наконец, заметил Фрэнка. — О, Делион! Подойдите сюда. Хочу представить вас нашему гостю, герою битв при Солантии и Ардетри. Фрэнк Делион.

Хотя он и улыбался Фрэнку, того не покидало ощущение, что друг, против обыкновения, не слишком-то рад его видеть.

— Для меня это большая честь. Можно тебя на мгновение? — Он отвел Филипа в сторону. — Что здесь делает этот человек?

Филип пожал плечами. — Я подумал, что нам, неопытным малькам, не помешает послушать о битвах и походной жизни из уст того, кто не раз бывал в рукопашной. Лорд Радайл со мною полностью согласился.

Насколько Фрэнк успел заметить, лорд Радайл, возглавлявший Академию, всегда полностью соглашался с Филипом Картмором. — Может, он представлял себе кого-то более… презентабельного?

— Не ожидал от тебя такого высокомерия, Фрэнк! — невинно ответствовал Филип. — Наш гость — простой честный вояка, ну да, манерам не обучен, но что с того?

— Он пьян, как подмастерье!

— Ну да — и совершенно очарователен. Какие обороты речи, какая грация жестов, какой цвет лица — клюквенный, так я бы назвал этот оттенок. Впрочем, даже трезвый он превзошел мои самые смелые ожидания.

Фрэнка замутило. — Филип, этот человек — ветеран, он проливал кровь за нашу страну и твоего отца. Насмехаться над ним — просто подлость.

На лице Филипа было странное выражение. Эта маленькая улыбочка, а в глазах — стужа. — Ты не понял шутку.

У него не было ни желания, ни времени проникаться таким чувством юмора. Надо как-то остановить этот фарс, пока наш гость не свалился на пол.

Подойдя к старому солдату, Фрэнк попытался воззвать к его благоразумию: — Может, вам не стоит пока больше пить, как вы думаете? Кажется, вино уже немного ударило…

Ответ был предсказуемым. — Мальчишка, да выпей я в три раза больше, все равно мог бы уложить тебя одной своей клешней, верно я говорю, Ваша Милость? — Ветеран навис над Фрэнком, но сразу притих, стоило Филипу похлопать его по плечу.

— Ну, ну, мы все здесь друзья, не так ли? — улыбка Картмора ослепляла. — А ты, Фрэнк, не будь занудой. Это праздник, на празднике не грех расслабиться.

Фрэнк мог только покачать головой. Что за бес вселился в его друга?

— Вот именно! — поддакнул Карл Мелеар и допил свое вино, подавая пример. — Мы хотим еще историй!

— А может, вы помните хотя бы одну походную песню? — вкрадчиво предложил Филип. — Что-нибудь бодрое, веселое! А лучше всего — с перчиком, для настоящих мужчин.

— Одну? Да я их кучу знаю. Тут же нет баб? То бишь дам. Я себя вести умею с дамами, я настоящий кавалер, да. И женат я на настоящей даме. Подарочек тот еще, скажу я вам, холоднее, чем мороженая сельдь, от одного взгляда вино киснет. Но уж дама самая что ни на есть настоящая, древних кровей.

— У вас ведь и дети имеются, да? — уточнил Мелеар как бы невзначай.

— Один парень, — кивнул ветеран. — Угрюмый чертяка, но башковитый, далеко пойдет, это сразу видно. Парень что надо, в общем. Да вы его знаете, это ваш приятель, я верно говорю, лорд Филип?

— Разумеется, — ответил тот. — И осмелюсь утверждать, что сын во всех отношениях достоин своего отца.

Мелеар склонился к Фрэнку, обдав его терпким запахом феарнского, и шепнул, подмигнув: — Вы знали, что это отец Кевина Грасса?

Теперь Фрэнка затошнило по-настоящему.

Филип продолжал: — Кевин часто рассказывал мне про своего героического отца, и я не мог не воспользоваться этой возможностью, чтобы познакомиться с таким выдающимся человеком поближе.

— Да неужто рассказывал? — Ветеран не скрывал удивления. — Вот бы не подумал!

Фрэнк схватил Филипа за локоть и потащил за собой, уже не беспокоясь о том, как это выглядит. — Что все это значит?! — воскликнул он, отойдя подальше от любопытных ушей. — Ты позвал сюда отца Грасса?

— Я уже дал все объяснения, какие намеревался дать. С первой встречи Картмор не говорил с ним таким ледяным тоном. И с первой встречи Фрэнку так сильно не хотелось ему врезать.

— Неужели ты не понимаешь, что может… — Фрэнк замолчал. Филип не только понимал, он все распланировал, и нарочно подучил Фрэнка прийти позже, чтобы тот не мешал спаивать бедного солдафона. С какой целью? Этого он понять был не в состоянии.

— Ты меня разочаровываешь, — сказал он тихо.

— Как-нибудь переживу это, — процедил Филип в ответ. — Меня тоже многие разочаровали.