Путь до Бюргенверта занял и впрямь мало времени. Однако мои вопросы получили ответы. Услужливый белокурый идиот рассказал и про свою секту, и про её основателя – какого-то Логариуса. Логариус был личным охотником на службе королевы Кейнхёрста, но сменил свои взгляды, якобы «узрев тьму в сердцах собратьев». Он объявил всех обитателей замка Нечистокровными и называл их исключительно так. Никаких реальных стычек сектантов с кровожадными аристократами, по словам белокурого кретина, не происходило.
Вообще вся идея этой секты крутилась больше вокруг самого Логариуса, а не борьбы с «нечистокровными». Белокурый буквально растворялся в почтении, когда речь заходила вплотную о «Мастере Логариусе». Хотя больше всего меня заинтересовала вражда с Кейнхёрстом, многие члены которого были учёными или благодетелями Бюргенверта. Сам университет когда-то был основан ценителями знаний из Кейнхёрста. Так что наука однозначно поддерживала аристократию, неодобряя лишь действия её самых неадекватных представителей.
Белокурый ублюдок, напротив, далёк от науки. Очень хочется открыть ему глаза, но это не поможет. Фанатик. Выяснилось также, что в сектанты подаются многие охотники Кейнхёрста. Очевидно, этот Логариус был популярной персоной в замке, раз нашёл там множество сторонников. Вот только что теперь эти психи будут делать? Убивать всех учёных-аристократов? Ну это как минимум половина студентов Бюргенверта. И потом, среди знати есть немало выдающихся личностей.
Все эти аргументы не действовали на белокурого. Теперь же не было смысла связываться с этими фанатиками. В Кейнхёрсте об этой проблеме знают лучше чем я теперь. Поэтому у самых ворот университета я быстро распрощалась с белокурым сектантом. Даже имени его не узнала. Как и он моего. Почему мне кажется, что он специально за мной пришёл? Он конечно тупой, но не настолько же. Порой за великой простотой кроется великая сложность. Вот только как их различить?
Одно лишь ясно – ближайшие дни я проведу в университете. На постоянной основе там никто не живёт, кроме мастера Виллема и парочки-тройки студентов в качестве охраны. Но помимо них в здании сидит, как правило, куча студентов, занимающиеся безрезультатными экспериментами. Они могут проводить здесь целые сутки и даже недели. Поэтому мне осталось лишь присоединиться к кому-нибудь из них. Кому-нибудь, кто работает над чем-то поистине серьёзным.
Когда-то в прошлом мастер Виллем мне казался прямо-таки глыбой науки. Он был моим кумиром в этой области. Его речи и открытия затянули меня в мир науки. Но это всё в прошлом. В том прошлом, где я была юной и ещё не накопила достаточно цинизма. Теперь же ректор стал совсем размазнёй. Он постоянно проводил время на своём кресле, любуясь озером. И, как мне показалось, совсем отдалился от науки. А я уже не в том возрасте, чтобы преувеличивать его заслуги.
Занять бы место мастера Виллема! Йози со своей лечебницей прям-таки облезет от зависти и гордости за свою сестру, когда узнает, что она стала ректором единственного университета в Ярнаме. Вот только это невозможно, пока развалившаяся в кресле туша ещё дышит.
А это ещё что? Возле здания университета столпилась целая ватага церковников. Неужели там снова кто-то погиб? Нет, церковь подобным не интересуется. Может, если мастер Виллем…
– Кто вы такая? – спросил один из церковников, завидев приближающуюся женщину.
– Леди Вельфривета, почётная студентка.
– Хм, в самом деле? – церковник-стражник переглянулся с другими. Кто-то из них кивнул. – Хорошо, входите. Но на второй этаж подниматься запрещено. Приказ ректора.
А мне и не нужно. Кто-то из этих обормотов в самом деле знает всех студентов в лицо? Уверена, они бы и дикую собаку пропустили. По хорошему надо бы вернуться в залы исследований, но эти вопли больных меня так достали, что сил нет. Заснуть невозможно, а снятся только кошмары с теми же самыми воплями. Каждую ночь кто-то вырывается и всем исследователям приходится как-то вылавливать буйную скотину. Дошло до того, что мы наняли пару охотников для внутренней охраны. И всё бы хорошо, да только не доверяю я им. Я вообще никогда не доверяла людям с оружием. Уж больно много власти в их руках. Власти над чужими жизнями, над жизнью и смертью. Кто остановит их, если они вдруг озвереют?
Наверху меж тем шёл горячий спор. Он был ещё горячее рядовых университетских конфликтов тем, что в нём принимали участие мастер Виллем и мастер Лоуренс. Темой, как обычно, была целебная кровь и её использование в медицине. Виллем убеждал Лоуренса умерить пыл, а тот в свою очередь защищался. Подобное происходило раз в неделю-две. Я всегда была на стороне Лоуренса, как более молодого и целеустремлённого. Виллем и сам был таким когда-то, но с возрастом каждый человек раскрывает все свои негативные черты. У Виллема такой чертой была пассивность. И страх.