Ясон наклонился к ее шее так, чтобы она кожей ощущала его дыхание, и, продолжая движение ладонями по талии, ответил:
– Разве не этого ты хотела?
Она попыталась вырваться:
– Дай мне две минуты! Я хочу заглянуть в ванну, дурачок! А потом мы продолжим…
– Чушь.
Ясон крепче прижал ее к себе, задирая юбку. Под рукой оказались кружево чулок… атласная кожа… и, наконец, холодная сталь.
Стелла рванулась сильнее и отпрыгнула от Ясона, оставив его с двадцать восьмым калибром, который в его руке выглядел игрушкой.
– И что ты хотела сделать? – спросил он, зажигая свет. Прошел в комнату, опустошил магазин пистолета и вытряхнул последнюю пулю из ствола на туалетный столик рядом с флаконами духов.
– Ничего. – Она подошла ближе. – Я живу в опасном городе и всегда ношу с собой оружие.
– Кого ты боишься?
На лице Стеллы промелькнуло задумчивое выражение, как будто она выбирала сценарий поведения из каталога и несколько миллисекунд загружала его из Сети.
Ее губы искривились, в глазах заблестели слезы.
– О, Ясон!.. Я попала в очень трудное положение. Меня хотят убить. Помоги мне, пожалуйста!
– Рассказывай.
Он сел на стул и вытряхнул сигарету из пачки. Отсутствие портсигара раздражало.
Стелла услужливо подвинула блюдце, на котором сиротливо лежала пара финиковых ядрышек. Он кивнул и закурил.
– Я очень сильно влипла, Ясон. Я думаю, те люди, которые убили доктора Джонсон, хотят убить и меня тоже. Неделю назад я заметила, что за мной следят. Двое местных. Я испугалась. Стала носить с собой пистолет. – Она взглянула на него огромными влажными глазами. – Ты же из континентальной «Стерны». Ты мне поможешь?
– Почему они хотят тебя убить?
– Потому что я слишком много знаю, конечно! Ты же наверняка раскопал, что именно я отправляла последнюю посылку доктора Джонсон!
– И ты знаешь, что было внутри?
– Конечно, знаю. Образцы, самые ценные.
– Ты их украла?
– Нет, бог ты мой, конечно, нет!
– Ты можешь их воспроизвести?
– Нет… – растерялась Стелла.
– Ты знаешь, кто подстроил убийства? И как они это сделали?
– Нет! Зачем ты давишь на меня, Ясон? Мне уже достаточно страшно! Ты должен меня спасти!
Ясон молча сделал еще несколько затяжек, потушил окурок в блюдце и закурил следующую сигарету.
– Почему ты молчишь? – не выдержала Стелла.
– Жду, когда ты расскажешь мне правду.
– Но я уже все рассказала! – Она вскочила и заметалась по комнате.
Ясон пожал плечами. Не двинувшись с места, выпустил облачко дыма и посоветовал:
– Попробуй еще раз.
Ее руки смяли подол платья, потом раздались. Она медленно опустилась на диван и вдруг зарыдала. Ясон ждал, пытаясь угадать, искреннее ли это отчаяние.
– Хорошо, – прошептала Стелла, вытирая слезы тыльной стороной руки.
Ясон пристроил сигарету на краю блюдца, прошел на кухню и вернулся со стаканом воды. Стелла сбивчиво поблагодарила и сделала два маленьких глотка. Ее дыхание понемногу выравнивалось. Ясон не говорил ни слова, и она наконец сдалась.
– Мы поругались с Такереем. Меня достал этот мелочный придурок. Когда он стал любимчиком Джонсон, то начал задирать нос, и однажды я услышала, как он ржет со своими коллегами надо мной, рассказывая, как я перепутала какие-то молекулы. Не для того я создавала себе безупречную репутацию, чтобы группа недоразвитых гениев путала мне карты! В отличие от них я не училась в дорогих университетах и всего добивалась сама. Я разозлилась. Сильно. Послала Удхава к черту. – Она сделала еще глоток воды и окончательно взяла себя в руки. – Когда я возвращалась с работы, у дома меня встретила женщина, блондинка, лет тридцати. Она представилась сотрудницей «Гринворлда». Показала мне устройство, которое должно было гарантировать, что наш разговор нельзя подслушать, и предложила кругленькую сумму за информацию, где мы берем лабораторных крыс. Я отказалась. – Стелла подняла глаза на Ясона и зло усмехнулась: – Что ты так смотришь? Не веришь, что я решила не предавать СФ? Может быть, и зря: «Гринворлд» и «Риарден» с ума сходят из-за «Гаруды», и я могла бы неплохо заработать…
– Не отвлекайся, – ответил Ясон. – Рассказывай дальше.
– Через день, в пятницу, я пошла в бар – здесь недалеко на квартале есть приличное заведение. Меня злило, что Удхав до сих пор не прибежал ко мне с извинениями. Я пообщалась с парой молодых людей, которые были готовы уйти со мной в ту же минуту, но осталась в баре, и тут ко мне подошел мужчина. Темноволосый, с узким лицом, темными глазами. Бейсболка, – Стелла сделала короткий взмах рукой, изобразив козырек, – черная толстовка. Сначала я хотела его отшить. Мы начали говорить, и я сама не заметила, как рассказала ему все. Он был похож на тебя: умел слушать, только изредка вставлял реплики, задавал вопросы… а я чувствовала себя как змея, которая следит за дудочкой факира. Я видела, что он хочет меня, что его заводит то, как я говорю про Такерея. И я вдруг вывалила ему всё про «Гринворлд» и крыс.
Стелла замолчала, глядя на свои руки.
– Всё – это…?
Она подняла черные глаза на него:
– И название фирмы-поставщика.
