– Доктора Вернер впечатлили результаты, и она продолжила консультации бесплатно, за право использовать результаты исследований и мои персональные данные в своих целях.
– И в чем же состоит суть лечения?
– Боюсь, здесь мне может не хватить понимания. В первую очередь хард воздействует на гипоталамус, заглушая базовые эмоции, связанные с инстинктом самосохранения, поэтому процедуры были направлены на стимуляцию отделов мозга, которые впадают в спячку под воздействием харда. В частности, стимуляция нейронов, отвечающих за агрессию и страх. – Во рту появился знакомый железистый привкус. Ясон усмехнулся. – Второе гораздо неприятнее.
– Невозможно себя контролировать?
– Конечно. Эффект сохраняется несколько часов, но по внутренним ощущениям проходят недели. Самое сложное – пережить один раз такую процедуру и пойти на повторную.
Альбрехт задумчиво потер перстень на пальце.
– Только стимуляция?
– Нет. Работа с психологами, лечебная физкультура, диета – полный набор. Социализация и групповая терапия – в минимальном объеме.
– Почему так?
– После стимуляции приходится довольно долго учиться управлять эмоциями. Для неподготовленных собеседников это может быть опасно.
– После Миттенвальда вы больше не пробовали «цифру»?
– Нет. Физическая потребность отсутствует, нейронные связи восстановлены.
По крайней мере, так утверждала доктор Вернер. Насчет физической потребности она точно была права, потому что ломку от харда он бы ни с чем не спутал.
– Любопытно. Доктор Вернер – какая она?
– Внимательная, дисциплинированная. Энергичная. – Ясон задумался, подыскивая слова. – Во время нашей последней встречи год назад она была яркой брюнеткой… – Что-то в глазах Альбрехта и половинчатой мимике его лица заставило Ясона спросить: – Вы знакомы с ней?
– Верно, – ответил Альбрехт. – Все такая же упорная?
– Безжалостная, – ухмыльнулся Ясон.
Альбрехт кивнул с пониманием.
– Приятно увидеть результат ее работы.
Он коснулся вирт-браслета.
Ясон задумчиво похлопывал рукой по кожаному подлокотнику, пытаясь уловить подтекст прошедшей беседы.
В кабинет вошел Дуан и протянул Ясону пластиковый квадратик с логотипом «Гринворлда».
– На этой карте памяти сведения о местной ячейке Альянса, – прокомментировал вице-президент, вставая. – Ваш фотограф будет ждать в машине. Доброй ночи, господин Ховард. Было приятно иметь с вами дело.
– Взаимно, господин Альбрехт, – ответил он, пожимая протянутую руку.
Благодаря давнишнему навыку стоны и ругательства Тревиса о растерзанном оборудовании и попранном достоинстве превратились для Ясона в белый шум на десятой минуте поездки, и теперь он с интересом наблюдал за водителем «Гринворлда», взвешивая, что стоит сделать, если тот наконец вытащит из кобуры пистолет и пристрелит фотографа. Кодекс корпораций напрямую на Тревиса не распространялся, но Ясон заплатил за его освобождение и, вероятно, был вправе требовать компенсацию…
Тревис, расположившийся за водителем, пытался восстановить один из разобранных фотоаппаратов. Мелкие детали он выкладывал на сиденье, как африканский шаман – артефакты перед ритуалом. Во время очередной тирады относительно ориентации сотрудников безопасности «Гринворлда» водитель свернул с трассы к воротам Сэндтона, и автомобиль сильно тряхнуло. К ужасу Тревиса, детали слетели на пол. Сжатая челюсть водителя слегка расслабилась. Ясон постарался сдержать улыбку.
В «Рэдиссоне» нашлись свободные номера, и Тревис, получивший ключ, пообещал непременно рассказать все о своих приключениях за завтраком. Ясон покивал и отправил художника спать, а сам направился в номер к Версандезу.
– Я с подарками, – сказал он, входя, и протянул карту памяти с логотипом «Гринворлда». – Здесь информация об экологах-активистах в Йоханнесбурге и комиссаре Альянса освобождения животных.
– Из Генри может получиться неплохой Санта, – ответил Версандез. – Проверю и скину тебе информацию завтра.
– Вирт-браслет пришлось оставить на входе в офис. Можешь сразу проверить?
Ясон скинул пиджак и устроился на диване. Ксавьер достал небольшой серебристый диск, положил на него полученный вирт-браслет и развернул экран. Зеленые отсветы легли на его подбородок, высветлили дуги бровей, углубили тени по краям носа. Ясон уже привык различать настроения своего партнера и теперь видел за грустным выражением лица сосредоточенное внимание.
– Если Генри говорил о сотрудничестве, то не думаю, что на браслете что-то есть, – прокомментировал кубинец. – Разве что простой маячок – а вот, кстати, и он. Привет от службы безопасности «Гринворлда».
Ясон закинул руку на спинку дивана и произнес:
– В ходе визита возникло непредвиденное обстоятельство по имени Габриэль Тревис.
– Фотограф.
– Именно. Крутился на полях «Гринворлда», снимая очередной гениальный сет, и смутил службу безопасности, которая увидела в нем шпиона.
Ксавьер отвлекся от экрана и, приподняв бровь, посмотрел на Ясона:
– Случайная встреча?
– А ты как думаешь?
– Ты его вытащил? – проигнорировал вопрос кубинец.
Ясон поморщился:
