Наиболее важные гости толпились вокруг рыцарей и хозяина Огюстодюнома. Возле него Козимо заметил и Обе-ронаде Сентива. Они обменялись взглядами — этого было достаточно. Рядом V парадным залом находились залы поменьше. Там никого не было. Де Сентив зашел в один из них, и через несколько минут за ним последовал и Козимо.
— Не будем терять время, — прошептал священник. — Я не могу отлучаться надолго.
— Спасибо за приглашение, святой отец.
— Я не хотел, чтобы вас снова видели в моем секторе. Здесь безопасно. И для вас, и для меня.
— Понимаю. Как все прошло?
— Как прошло? О Господи, лучшего и не пожелаешь! В самом деле!
Встреча аббата с бывшей куртизанкой проходила возле церкви под номером 42 на Азимо-5 ночью, как и было условлено. Они почти не говорили, на Лис была наброшена легкая ажурная накидка, соскользнувшая с ее плеч, как только они очутились в темноте. Де Сентив был одурманен ласками. Он чувствовал, что ее сердце бьется медленно и ровно: эта бесстыдница была настоящей профессионалкой.
— Но мне можно только посочувствовать, — произнес он со стоном. — За это наслаждение я подверг себя жестокому самобичеванию. Эта девушка — сам дьявол. До сих пор
Он заставил себя прервать поток этих ужасных признаний.
— Вы считаете, что
— Это рискованно.
Оберон нахмурился, но не стал настаивать и сменил тему разговора. Теперь он говорил очень быстро:
— Вы знаете, я много размышлял о вас Да, много. Вы попросили меня подумать над тем, что я могу вам предложить. Но я решительно ничего не смогу сделать во время этого путешествия! Я намеревался принять вас в мою миссию, но если кто-то видел вас с девушками Эрихто, вы меня скомпрометируете. Нет, это большой риск, поймите меня и дайте мне время. Здесь
Исповедник де Крона? ‘
— В Иерусалиме? — повторил Козимо.
Оберон покраснел. Запнулся. Козимо видел, что этот священник легко идет в расставленные сети, если им искусно манипулировать. Поэтому он сказал:
— Что бы вы ни решили, можете на меня рассчитывать.
— О, я знаю! Я знаю, что вы полны добрых намерений! Моему господину понадобятся такие люди, как вы. И очень скоро.
Он начал расхаживать по комнате. Казалось, он боялся сказать лишнее.
Как и всем на корабле, Козимо было известно, что Робер де Крон является официальным казначеем паломничества; он распоряжался деньгами, предназначенными для покупки провианта и выплаты жалованья солдатам, нанятым Милицией. Он спросил:
— Если я не ошибаюсь, де Крону понадобятся люди для охраны казны ордена, когда мы прибудем в Святую землю?
Оберон отрицательно покачал головом.
— Вовсе нет. Все гораздо серьезнее. Как бы это сказать… это… Готовится революция! — внезапно выпалил он. — Естественно, как всегда, когда речь идет о событии такого масштаба, нужна надежная охрана, чтобы контролировать ситуацию.
Козимо не знал, что ответить.
— Революция, переворот… Ну да, конечно. Паломники об этом говорят. Они предсказывают свершение чудес и явление ангелов, когда мы прибудем в Святую землю. Больше всего говорят о втором пришествии Христа.
Оберон застыл в удивлении.
— Второе пришествие Христа? Вы шутите!
Он произнес это таким резким тоном, какой охладил бы пыл любого верующего.
— Послушайте, — продолжил он, — я не могу открыть вам все, к тому же мне известны только отдельные детали, но мир, такой, каким мы его знаем, будет переделан до основания. Исчезнет Христос и все боги вместе с ним!
Всем откроется Великая истина. Человек увидит наконец-то мир таким, какой он есть на самом деле. Его дух обретет подлинную, безграничную свободу. И в тот день нужно будет найти истинно верующих, которые смогли бы стать на защиту тех, кто несет это новое Откровение. Как это случалось и раньше, многие возмутятся, откажутся принять новую истину и будут бороться против провозгласивших ее. И в этот момент я как раз и вспомню о вас. Я не забуду, не сомневайтесь. Вы вольетесь в наши ряды.
Революция?
— Что я должен делать сейчас? — спросил он.
— Если вы мне верите, сохраняйте спокойствие, пока мы не прибудем в Святую землю, держитесь в тени, — ответил Оберон. — Милиция не дремлет. Если вас задержат, я ничего не смогу для вас сделать, А вы упустите свой шанс!
Козимо сказал с улыбкой:
— Как и вы, отец мой, если вас застанут в компании прекрасной Лис.
Оберон остановился возле него и сказал:
— В тот раз мне пришлось найти тысячу объяснений своего отсутствия ночью. Де Крон — человек непреклонный и подозрительный. Если бы он узнал о моем проступке, гнев его был бы ужасен. Де Крон хороший человек, набожный, но что касается женщин, он непреклонен и совершенно им не доверяет.
— А я видел его вместе с хозяйкой Лис, этой Эрихто, — сказал Козимо.
Аббат пожал плечами.