Блиц-концерт в Челси полностью

Пока мы говорили с Кэтлин, Энн сама подошла к телефону. Судя по неуверенному голосу, ее одолевали сомнения: на верхнем этаже шум был нестерпимым, а осколки снарядов при таком сильном артобстреле вполне могли пробить крышу. Но тут в дело вмешался Сесил, решительно забрав трубку из рук жены.

– Будьте милосердны, – со смехом сказал он, – наш медовый месяц еще не закончился. У меня осталось целых два дня отпуска.

– Можете занять нашу постель, – предложила я. – Только спускайтесь, пожалуйста. Ричард говорит, над нами целые полчища самолетов. Приходите, хотя бы ненадолго.

– Обязательно придем, – шутливо заметил он, – как только пол провалится – сразу будем у вас.

Такой ужасающей ночи мы давно не видели. Бомбы сыпались проливным дождем, а в промежутках между взрывами был слышен рев двигателей и непрекращающиеся пулеметные очереди – истребители Королевских ВВС преследовали вражеские самолеты. Небо озаряли яркие вспышки ракет и острые лучи прожекторов. Зрелище было величественным и страшным! Вдалеке мы заметили зарево пожаров, самый сильный полыхал в районе вокзала Виктория, и, похоже, огонь расползался дальше по городу. Позади нас также подымалась стена багрового пламени, но гораздо ближе – горело в районе Бертон-Корт. Дежурный на велосипеде промчался мимо нашего дома, а вскоре мы услышали, как взревели моторы – машины вспомогательной пожарной части, расположенной ниже по улице в доме № 21, готовились к выезду. Мы с Ричардом внимательно следили, не прилетит ли зажигалка, угрожая нам новым пожаром. Около половины двенадцатого все же решили отойти от окна и сесть немного почитать. Спать не хотелось, да и трудно было бы уснуть в таком хаосе. Вдруг с улицы донесся крик дежурного: «Свет! Свет!» Ричард подумал, не сдвинулись ли светомаскировочные шторы на окнах у меня в мастерской. «Я сбегаю посмотрю!» – сказал он.

Едва Ричард ушел, как погас свет. Наступила странная тишина – мертвое, гнетущее безмолвие; по спине у меня поползли мурашки. А затем раздался звук – долгий, тянущийся звук, словно кто-то медленно разрывал лист бумаги. Я не знала, что это было, но меня охватил ужас. «Спускайся! – закричала я Ричарду. – Скорее вниз!» Но прежде чем я успела услышать шаги мужа на лестнице, мир вокруг меня начал рушится. Все падало, вещи сыпались и сыпались, отовсюду слышались звуки ударов, я тонула в нескончаемом грохоте. Я ничком бросилась к кровати, подмяв под себя Вики, пытаясь таким образом сохранить ее и будущего ребенка. Мир продолжал разваливаться на куски, обломки летели и летели – казалось, это длилось целую вечность, – а я лежала, уткнувшись лицом в толстое пуховое одеяло, чувствуя, как сверху на меня наваливается какая-то гигантская масса. Я не знала, что это, но едва могла дышать.

Наконец наступило затишье. Я с трудом приподняла голову и стряхнула с себя тяжелые обломки штукатурки. Мою шею обвивала теплая рука. На мгновение я решила, что Ричард добрался до кровати и теперь держит меня. Но когда я медленно повернула шею, то увидела, что это женская рука, на безымянном пальце были надеты два кольца. Конечность торчала из липкого кровавого месива. Я быстро повела плечом и стряхнула ее. Вики, которая до этого момента вела себя тихо – так тихо, что можно было подумать, что собака мертва, – почуяла запах крови и начала тревожно повизгивать. «Ричард! Ричард!» – закричала я. К моему удивлению, он мгновенно откликнулся. Голос звучал из темноты совсем рядом.

– Ты где? – снова крикнула я.

Послышался шорох – снова что-то упало.

– У подножия лестницы, – ответил Ричард.

– Стой там, не двигайся! – предупредила я и опять зарылась лицом в одеяло. Вновь посыпались куски штукатурки и какие-то предметы.

Наконец все стихло. Я осторожно подняла голову и увидела ночное небо, расчерченное лучами прожекторов. Находившиеся над нами три этажа исчезли.

– Нас разбомбили, – только и могла выдохнуть я.

«Из миллиона жилых домов бомба попадает только в один».

Меня охватило естественное чувство – ярость.

Кругом висела кромешная тьма. Начинать двигаться, не зная обстановки, было опасно.

– Зажги спичку, – сказала я Ричарду.

– А что насчет газа? Вдруг утечка?

– Я пока не чувствую запаха. Давай быстрее.

Ричард зажег одну за другой несколько спичек. Стало понятно – муж находится у входа в комнату, также я успела рассмотреть, что потолка надо мной нет. Переднюю часть гостиной снесло, но ближайшая ко мне стена – та самая железобетонная – устояла, как и вторая стена холла. Зато в пляшущем свете зажженной спички я увидела нечто гораздо более страшное, чем оторванная женская рука – ее уже не было рядом, при втором обрушении руку засыпало обломками, – легкие потолочные рейки и куски штукатурки, часть которых упала на меня, не причинив вреда, висели на развороченной каменной кладке. Если я двинусь, огромные глыбы могут обвалиться.

– Не подходи ближе, – крикнула я Ричарду.

– Сиди тихо, не шевелись, – крикнул он в ответ. – Попробуем выбраться отсюда. Дверь перекосило.