«
Я полностью исключаю, что это не только писал, а даже говорил по-пьяне Жуков. «Ячейки». Целью блицкрига, «Барбароссы», Москва не была. И Украина тоже… Целью блицкрига были вооруженные силы СССР, также, как у Наполеона русские армии…
Нужно обязательно сказать, что Советское правительство с первых дней существования еще даже не СССР, а РСФСР всячески, как только возможно, демонстрировало окружающим его хищникам своё максимальное миролюбие и отсутствие каких бы то ни было агрессивных планов. И при Ленине, и при Сталине. Еще при Ленине — концессии, прямо уговаривали империалистов на мирное сотрудничество, цеплялись за любую возможность получить дипломатическое признание. При Сталине это продолжалось. В ответ — сплошные провокации. В том числе и по линии Коминтерна, гнуснейшие инсинуации насчет того, что СССР использует структуры Коминтерна в подрывных целях.
Коминтерну даже нелегальную разведку придумали. Я не оговорился. Вы, уважаемые читатели, наверняка, уже даже привыкли к тому, что СССР использовал Коминтерн в целях своих спецслужб, для проведения диверсий и разведки. Вы и к массовым расстрелам 37-го года привыкли так же. Если даже ультра-левые историки, такие, как Александр Колпакиди, вам с честными глазами такое несут, то как им не поверить, правильно же? У них же глаза честные!
Я бы очень хотел, чтобы кто-нибудь из вас, дорогие читатели, набрался смелости и занялся этим вопросом — фальсификацией подрывной деятельности Коминтерна. Там даже нет ничего сложного, потому что там нет ничего реального, кроме клеветы со стороны империалистического окружения на Советский Союз и Коминтерн. Желающие могут на этом вопросе тушку признанного историка спецслужб Колпакиди порвать, как Тузик резиновую грелку. Ну не могу я один все вопросы истории того периода закрыть. Кстати, империалистическое окружение как раз Коминтерн и использовало для заброски через его структуры своих шпионов. И активно использовало.
Ну, если Сталин, используя Коминтерн в качестве подрывной структуры, а его подразделения, как центры нелегальной разведки, таким образом подставлял под разгром коммунистические организации в других странах, давал повод их правительствам обвинить коммунистов в совершении антигосударственных преступлений и запретить компартии, то конечно, тогда — да, тогда Колпакиди — великий историк спецслужб. С образованием историка искусств. Но по факту — провокатор, падла.
Напротив, Иосиф Виссарионович даже в интервью американскому журналисту Готварду недвусмысленно сказал, что экспорт революции — чушь, глупость, комическое недоразумение.
Даже в случае конфликта с Финляндией, у него не было желания начинать войну. Ни желания, ни намерений, само собой. Даже после срыва финской стороной переговоров по обмену территориями. Если бы финны не начали сами, фактически, военные действия, забрасывая на территорию СССР диверсионные группы и обстреливая наши погранзаставы из пушек, то мы июнь 41-го года встретили бы с финской границей у самого Ленинграда, и с этим пришлось бы мириться. Конечно, меры были бы приняты в плане размещения советских войск на этот случай. Меры адекватные, чтобы обезопасить Ленинград в максимально возможной степени. Но тут уж само финское правительство нам на руку сыграло.
Вся внешняя политика СССР в предвоенное время — демонстрация максимального миролюбия. Нам война была не нужна. У кого другое мнение — вам к Резуну-Суворову. Ваше место в той тусовке. Среди предателей.
Одновременно, советское правительство прямым текстом предупреждало всех возможных агрессоров о бесперспективности войны с Советским Союзом. Еще М. В. Фрунзе в своей статье «Красная Армия и военная доктрина» недвусмысленно указывал, что наша оборона должна строиться именно так, чтобы любое большое нашествие закончилось так же, как и наполеоновское. У нас козырь — территория. Ее протяженность.
На 18-м съезде Климент Ефремович Ворошилов открыто заявил, что следующая война будет длительной и изматывающей. Директивой съезда к пятилетнему плану прямо предусматривалось создание новых промышленных областей в отдалении от границ, находящихся под угрозой вторжения агрессоров. Прямо было запрещено строить новые предприятия даже не в западных областях, а в Центральной России, вплоть до Урала. И началось спешное строительство предприятий-дублеров за Уралом.
