Виктор еще минут сорок посидел с женой друга, успокаивая ее, насколько позволяло красноречие, а когда вернулся с работы Вячеслав, ушел, пообещав заглядывать.
– Надо карточки ее за декабрь сдать, – почему-то вспомнилось Ларисе.
– Бабушка бы такого не одобрила, – возразил Вячеслав матери. – Может, она и умерла в начале месяца, чтобы мы жили.
Слезы вырвались из Ларисиных глаз. Она оплакивала бабушку своих детей и мать мужа, которая отказывалась от пищи, лишь бы у ее внуков был шанс дожить до лучших времен.
Вечером у старшего майора госбезопасности Огурцова проходило совещание. После показаний Артема Выкина капитану Солудеву и его группе поручено провести аресты и обыски на квартирах Соскова и в деревне Каменка, где располагалась воровская малина рецидивиста по кличке Дед. Кроме того, по всем отделам Ленинграда и Ленинградской области разослать ориентировки на лиц, имеющих хотя бы малейшее отношение к хищениям продовольствия. Другим оперативным группам поручалось устроить облавы в местах возможного скопления остатков криминального элемента, чтобы лишить разыскиваемых возможности уйти на дно.
Выезд капитана Солудева в деревню Каменка ничего, кроме разочарования, не принес. Пока проводился обыск, капитан опросил сельскую администрацию и установил фамилии лиц, проживавших в доме, хотя и понимал, что сейчас преступники скрываются наверняка по другим фальшивым документам. Не дожидаясь окончания осмотра, он с частью группы отправился на квартиру бывшего начальника Бадаевских складов, которого не так давно допрашивал в своем кабинете. На стук в дверь никто не открыл, и группа с двумя понятыми взломала замок. Уже с порога Солудев понял, что здесь произошло преступление. На это указывал беспорядок в прихожей и в гостиной.
– Товарищ капитан! – прервал течение его мыслей голос участкового милиционера. – Здесь следы крови. – Старшина указал в сторону чугунной ванны, на белой эмали которой четко проглядывали засохшие серо-бурые пятна.
– А где же тело? – моментально отреагировал Солудев.
– Тело? – Участковый пожал плечами, не понимая, почему работник уголовного розыска подозревает совершение в квартире убийства.
А Виктор, едва увидев кровь, ни секунды не сомневался: Сосков убит. Он уже понимал, что за этим стоит вор-рецидивист Нецецкий. Бандиты старательно уничтожали всех свидетелей, чтобы скрыть хищение продовольствия. Распорядившись о вызове эксперта-криминалиста для фиксации и изъятия следов преступления, Солудев отправился с докладом к Огурцову. Несмотря на отсутствие задержанных преступников, он был очень доволен сегодняшними результатами, так как интуиция подсказывала ему: убийство Павлухова, его водителя и Софьи Вайнштейн (а также наверняка Соскова) и хищения продовольствия с Бадаевских складов – дело рук одной и той же банды.
«Жаль, Петраков ничего пока не знает, – вспомнил Солудев о своем больном коллеге, – то-то порадовался бы».
У Марии был выходной. Вот уже вторую неделю она работала в районных банях кастеляншей, но ее 125 граммов хлеба и продуктовые карточки служащей не внесли существенных изменений в рацион Петраковых. И все же ей нужно было работать, так как иждивенцев стали заставлять нести трудовую повинность, а вкалывать по восемь часов на расчистке улиц от завалов и снега у нее просто не было сил. Здесь же она занималась выдачей чистого и приемкой грязного белья, что, конечно, не прибавляло ей любви банщиц, которые норовили подсунуть посетителям грязную простыню или того больше – украсть комплект простыней, чтобы обменять их на рынке на съестное. Единственным преимуществом была возможность бесплатно помыться и провести своих родных, что на текущий момент было очень кстати.
