Надо отдать должное всем членам нашей съёмочной группы. Они не только не беспокоили меня, видя мою полную погружённость в постороннее занятие, но и всячески старались оградить от помех, беря на себя часть моих обязанностей. «Пиши, пиши -я посмотрю», - успокаивали не только костюмеры (Ася и Лена), но и гримёры, реквизиторы и другие, включая актёров и даже Любомудрова. Они все знали моё увлечение эзотерикой, так как о нём во всеуслышание поведала Вера Романова, сама в то время подружившаяся с известной целительницей Джуной. (Кстати, там какие-то неведомые пути свели её вновь с Андреем Кондрашиным, с которым она была знакома ещё по экспедиции в Набережные Челны, куда он приезжал ко мне в гости.)
Ко мне частенько обращались за помощью - то снять зубную боль, то при растяжении или вывихе (это часто случалось при таких экстремальных съёмках), головные боли и желудочные и разные другие недомогания. Вера тоже лечила, причём с большим удовольствием, чем я, но застать её на съёмочной площадке было трудно. Она как раз приобрела участок земли и строила дачу, а в Верее появлялась, казалось, только затем, чтобы набить свой горбатый «Запорожец» мешками с конским навозом и увезти это «добро» на дачу. Но характер у Верки был золотой, как и её прекрасные волосы, - она была всегда в хорошем расположении духа. Кроме того, наши хорошие отношения сложились задолго до «Первой Конной», а теперь она явно мне благодарна за то, что я выполняю работу «и за неё, и за себя», и не цеплялась ко мне, когда я откладывала одёжную щётку и бралась за перо.
Не в силах отказать никому из страждущих, Вера Романова лечила всех, кто бы к ней ни обращался. Зная, что целительство меня не особенно увлекает, она всё равно время от времени просила меня помочь или продолжить курс, начатый ею, - подменить и в этом. И я, преодолевая внутреннее сопротивление, шла ей навстречу. Возможно, срабатывал стереотип «помощи ближнему», а может, эгоизм, - чтобы потом совесть не мучила, что «могла, но не помогла». Во всяком случае, там на одном из пациентов мне представился случай убедиться в тщете лечения тела, если при этом душа остаётся «больной». Если причина болезни не меняется, то на смену одному следствию в виде болезни может прийти другое, похлеще первого. Так что, излечив насморк, можно подвести человека под гильотину.
«Достал» нас там один… то ли из групповки, то ли просто из чьих-то знакомых. Привела его ко мне Вера: она вылечила ему, кажется, гайморит, но теперь вот у него «обнаружилась язва - надо снять боли», а она, мол, должна уехать в Москву на пару дней. Лечение прерывать нельзя и т.д., и т.п. Что делать? Я согласилась подменить Веру на два сеанса, но не более. Парень мне очень не понравился: на удивление глупый, наглый, с гонором. В общем, вылечили мы его обоюдными усилиями. Прошло буквально несколько дней, и он, пьяный, перевернулся с кем-то на тракторе, невесть как оказавшемся в районе съёмочной площадки. Вообще я заметила, что трактор - наиболее опасный вид транспорта в российской глубинке. Он почему-то имеет обыкновение оказываться вверх колёсами или гусеницами в кюветах, которые прорыты вдоль всех дорог и заполнены всяким металлическим жизнеопасным хламом. Так и наш герой оказался в кювете вместе с трактором, из которого его извлекли со сломанными рёбрами, ушибами и ещё разными травмами. Из больницы через знакомых он потребовал к себе личного целителя Веру Романову. «Вера, не ходи. Я чувствую, хуже будет!» - уговаривала я её. В это время я начала проникать в суть закона Кармы, нюансы которого постепенно становились понятны при отслеживании причинно-следственных связей. Но причину я уже искала не в предыдущих действиях человека, а в присущих ему «отклонениях», как это вытекало из тех знаний, которые постепенно заполняли не только чистые страницы моих тетрадей, но и мою голову. Благодаря им на конкретном примере я увидела, как проявляется то Качество, которое я идентифицировала по данной в книге энергетической шкале как отклонение по 12-й Зоне, назвав это «активным самоволием». Было ясно, что оно приведёт Вериного пациента в конце концов к ещё большей беде. Пусть уж сидит себе в больнице со сломанными рёбрами - свобода ему явно противопоказана. Но сердобольная Вера, в общем-то согласившись с моими доводами, всё-таки не устояла - стала посещать больницу и через несколько дней «вытянула» его оттуда.
А ещё через пару недель он появился и сообщил, что записался добровольцем в Афганистан. Оттуда он уже не вернулся - погиб в первом же бою.
Вся эта ситуация подтвердила мою решимость никогда больше не заниматься целительством (за исключением мелких неприятностей типа лихорадки на губе). А если уж уклониться не удаётся - искать истинную причину заболевания.
Там же в Верее я получила ещё один показательный урок по тому же предмету, из чего сделала вывод: даже если человек просит найти глубинный источник своих бед и показать ему, в чём причина, прежде посмотри - а «надо ли ему это»? Готов ли он «исправиться»?
