алых Викиных губ на Катины очки в золотистой оправе. Решили, что я расслабился, отогрелся и можно загружать в меня
сектантскую муть. Попробуем форсировать события. Нефиг долго
рассусоливать!
– Я немного интересовался мировыми религиями, – начал
разведку боем. – Вот, мне показалось – то, что было сегодня на
лекции, можно найти в Буддизме и вХристианстве.
– Совершенно верно! – включился в разговор парень,
открывавший дверь. – Ведь «Принцип» это философское учение, унаследовавшее самые лучшие стороны Христианства и
Буддизма. Это как новая, усовершенствованная версия,
понимаете?
Я демонстративно поднял бровь, как бы осмысливая
сказанное, утвердительно закивал головой. Катя активно
принялась рассказывать о том, что Христианство и Буддизм
несовершенны. Что пришло время для новых, интегральных и
более продуктивных учений. Виктория, прервав
преждевременные и оттого опасные откровения Кати,
восторженно добавила, что об этом повествуется на однодневном
семинаре. Поинтересовалась, когда у меня будет свободный день, чтобы его прослушать. Сообщила, что это обычно происходит с
девяти утра до пяти вечера с перерывом на обед. Я поспешил
сообщить, что лекции о счастье намного вкуснее, чем те, что в
меню университета, и я с радостью поменяю точные науки на
знание о том, как стать счастливым, в любой день недели.
На этом, после пары легких комплиментов по поводу
понятливости и сообразительности, мы разошлись. Из теплой и
светлой домашней обстановки, полной хоть и незнакомых, но
приятных запахов я снова попал в сырую неуютную осень.
Не спеша, запоминая дорогу, отправился к метро, что
неподалеку. Приблизился шум проспекта. Появились прохожие, спешащие по своим будничным делам. Уставшие, мрачноватые
лица их, сильно контрастировали с недавними улыбками, еще не
угасшими в памяти. Вот так, идут несчастные с виду люди и не
знают, что совсем рядом можно переписать в тетрадку рецепт
счастья и радости. Внутренне с сарказмом я усмехнулся. Куда
спешат? Что у них за желания такие. Они вообще думали об этом?
Или как попали в колею, так и катятся, не зная альтернатив?
Такой ход мыслей насторожил. Мне вдруг показалось, что
ребята, с которыми я только что общался, делают то же самое, что
и я на протяжении последнего года. С той лишь разницей, что я
«выбиваю» заядлых игроков из «игровой колеи» по просьбе их
родственников, а они выбивают людей из жизненной колеи, что
бы перетащить в свою. Чтобы заставить работать на секту: вербовать новых простофиль и попрошайничать на улицах. Цели
разные, но суть и методы весьма похожи.
Забрел в метро, проскользнул между турникетами, встал на
дрожащую ленту бегущего вниз эскалатора, уставился на
ползущих вверх пассажиров. Те, в свою очередь, задрав лица, уставились куда-то сквозь меня. Эскалатор трясся. Взгляд иногда
цеплялся за встречные лица. Уставшая женщина с сумками, читающий что-то с планшета мужчина, смеющиеся, ярко-
накрашенные девицы, парень в больших наушниках.
Редко встречались следы счастья на этих разных лицах.
Сейчас они выйдут из метро и, направляясь по своим делам, пройдут неподалеку от логова охотника. Хитрого, скрытного и, оттого, очень опасного. Предлагающего в качестве приманки
великую ценность – счастье, и покушающегося на такие важные
ценности как сознание и свобода.
8. Малый шабаш
На однодневном семинаре передо мной начали раскрывать,
доселе старательно маскировавшийся, религиозный фундамент
«нового философского учения». Я узнал, что мир находится в
большой опасности. Мир поврежден, болен и оттого сам по себе
враждебен. Его надо спасать, и именно этим героически, жертвуя
своим временем и здоровьем, занимаются участники
образовательного центра.
Извечный мотив борьбы добра со злом постепенно обрастал
все более и более удивительными подробностями. Семичасовая
лекция с перерывом на обед была тяжелейшим испытанием. Не
всякий способен внимательно воспринять такую массу
логических построений за короткое время. А если знать, что все
это, по сути, ложь, слепленная из кусков истины и приправленная
фантазиями основателя секты, то становится еще труднее.
Во время перерывов, по дороге в туалет и на кухню, я
старался осмотреть все уголки трехкомнатной квартиры. Алексея
нигде не было. Это напрягало и усложняло задачу. Не даром же я
слушал всю эту муть!?
После однодневного семинара опять было чаепитие.
Слушатель и лекторы устали, поэтому, оно было не таким теплым
как в прошлый раз. Виктория, между прочим, задавала вопросы
об изложенном материале и результатами скрытого экзамена
осталась довольна. В конце концов, девушка убедила меня, не
сильно то и сопротивлявшегося, прослушать трехдневный
семинар.
По условиям трехдневного семинара, питаться и ночевать
надо было в образовательном центре. В первый день перед
ужином прозвучала молитва Богу, лидеру организации и его жене.
Виктория внимательно наблюдала за моим поведением, видимо, стараясь оценить отношение к происходящему. Я, разумеется, делал вид, что это несколько удивляет, но я склонен поступать, как все вокруг. Во время длительной вечерней молитвы, меня
попросили посидеть в другой комнате и почитать большую
