Целая семья: муж, жена и четверо детей, усевшись вокруг своей сверкающей лаком и никелем новенькой «Волги», предавались молитвенному созерцанию, замерев, подобно йогам. Когда же восторг переполнил их души, они со стонами облепили ее со всех сторон, принявшись чуть ли не целовать, — я не разобрал. А в это время пожилой мужчина в золотых очках рассказывал что-то жуткое:
— Я от него, туда-сюда, через кусты, по кочкам!.. Он не отстает. Аж холодный пот меня прошиб! А он все ближе, ближе… Прямо-таки чувствую, как он дышит сзади. Да-аа… Ну, думаю, каюк мне… попадусь в кровожадные лапы…
— Кому? — не вытерпел я, будучи большим любителем охотничьих рассказов. — Неужто медведю?
— Автоинспектору! — сказал мужчина, и все захохотали над моей наивностью. — О медведе я и разговору бы не вел…
Юра вернулся часа через полтора, оставив где-то свою японскую замшевую куртку с бесчисленными молниями и застежками — предмет всеобщей зависти.
— Мустафаеву понравилась… — объяснил он. — Я отдал… Он, говорят, человек исключительной честности: если уж возьмет на лапу, то обязательно сделает… Хоть бы его не посадили раньше времени! В гости обещался прийти во вторник, телефон дал… Удачный сегодня день! Ну, поехали? А то мне еще машину, понимаешь, в гараж ставить, да там ребятам из обслуживающего персонала магарыч требуется. Не знаешь, на какую бы мне сверхурочную работенку поднаняться? Машина, понимаешь, много денег требует. А оттуда, от гаража, мне двумя автобусами добираться. Да еще перед городом машину маленько ополоснем…
…Следующее воскресенье я провел в сквере в центре города. Потягивая холодное пиво, я наслаждался тишиной и прохладой. Тихо шелестели листья, ветерок доносил запах цветов и трав с газонов, над которыми порхали бабочки. В кустах раздавались звонкие голоса безмашинных ребятишек, игравших в старых добрых индейцев.
Лишь изредка за кустами слышался рев автомашины, опаздывавшей на сходку у реки.
За соседний столик сел суровый гражданин с полосатой палкой. Я нахально отпил пива и пренебрежительно повернулся к нему спиной.
А когда вспомнил, что мне не нужно звать к себе в гости красноносого Мустафаева, то и вовсе почувствовал себя сверхчеловеком!
Над моей головой запели птицы, сбежавшие сюда из лесов…
«…Не престаю любоваться сим восхитительным ландшафтом величественной натуры, достойной удивления и восторгов! Имея при себе незабвенного Карамзина, предаваясь меланхолической задумчивости, взираю на приятные пленительные виды мирных дерев и тихих источников, составляющих прекрасную перспективу, и блуждающее воображение увлекает меня к позднему потомству; необычайный трепет возбуждается в сердце, и вздохи теснят грудь мою…»
«…Чудесный старинный парк зарос кустарником, в нем пасется стадо соседнего колхоза, приходит в ветхость дом, являющийся шедевром русского ампира. Однако потребуются совсем небольшие затраты для приведения в порядок усадьбы нашего знаменитого земляка, чтобы многочисленные посетители, гуляя под сводами столетних деревьев, вдыхая аромат цветущих лип, могли представить условия, в которых творил выдающийся представитель гуманной мысли XVIII века…»