- Ясно… – Улыбнулась еще шире Куросаки. Как же она все-таки была рада его видеть!
С каждой новой секундой Ичиго смотрела на Гриммджоу глазами, в которые возвращалась теплота и надежда, не оставляя больше места ни грамму ярости или обиды. «Он приходил к ней каждую ночь…» В голове мысли закружились вокруг этой фразы, и Ичиго с неописуемой радостью отметила, что всегда правильно чувствовала присутствие арранкара сквозь сон. Хоть и до сих пор немыслимо. Такой грозный себялюбец… и вдруг рядом с ней. Разве он мог поменяться ради нее? Разве ей самой могло так лихо улыбнуться счастье?
Дождь продолжал лить с неба, а эти двое стояли друг против друга, не замечая ничего вокруг них. Он плавился в ее возвращавшейся теплой карамели, она тонула в его успокаивавшемся голубом океане – под звуки дрожащих от озноба губ и клацающих от волнения зубов, они сближались друг с другом, перемешивая во взглядах свои чувства, желания, надежды, мечты, волнения, страхи. Они так мало знали друг о друге, но ощущали себя, точно соединившимися наконец-то половинками чего-то целого, думающего об одном и том же, грустившего об одном и том же, желающего одного и того же…
====== LII. НОЧНОЙ ВИЗИТ: ПРИВЫЧКА ЗАСЫПАТЬ ВМЕСТЕ ======
- Зайдешь? – Наконец-то первой опомнилась Куросаки.
- Да, – уверенно кивнул Гриммджоу. Очнувшись словно ото сна, он ощущал, что, действительно, сильно промерз и вымок. Человеческое тело было более чувствительным.
Ичиго провела арранкара тихо через коридор и гостиную, затем так же тихо через весь второй этаж, пока они не остановились у ее комнаты с табличкой «15». Гриммджоу невольно улыбнулся подобной страсти Ичиго к любимому числу. Он мог поспорить, что в ее гардеробе будет не одна футболка с этой же символической цифрой, звучавшей, как ее имя.
- Держи, – Куросаки протянула гостю большое полотенце, чтобы тот смог вытереться от все еще струящихся по коже и одежде капель дождя.
Гриммджоу фыркнул только и стянул с себя промокшую насквозь белую футболку с капюшоном.
Куросаки, машинально не включившая свет посреди ночи, впервые порадовалась этому факту – увидев в падающих от фонаря лучах мускулистое тело Сексты, теперь она покраснела точно, как клубника.
- Я дам тебе… Э-м-м-м… Кое-какие сухие вещи… – Промямлила девушка и нырнула в шкаф за вещами для себя и для промокшего парня. Благо, ее гардероб был забит мужской одеждой, но, зная наглость и самоуверенность Джагерджака, Ичиго не удивилась бы, если со следующим разворотом к нему она увидела того, в чем мать родила.
Однако Гриммджоу ни о чем таком вовсе не помышлял. Поступая всегда и везде совершенно естественно и непринужденно, он все же отдавал себе отчет в том, кто перед ним и просчитывал ситуацию наперед. Несмотря на то, что они с Куросаки были невероятно духовно близки в момент предполагаемой смерти, физический барьер меж ними нуждался в более длительном демонтаже, требующем дополнительного желания с ее стороны и должного терпения – с его.
- Спасибо, – сказал рассеянно арранкар за протянутые ему на ходу вещи и заметил лишь спину, скрывавшейся тотчас в ванной, девушки. Его мозг закипел от воображения, и если бы у него вместо головы был чайник, то и пар бы пошел из ушей.
«Ксо! Гриммджоу! У тебя и так вместо головы чайник!!! – Орал он сам на себя, раздраженно переодеваясь. – Зачем ты приперся сюда?! Думал, что она сразу же запрыгнет на тебя, и объясняться в словах тебе уже не придется? Хех, хорошо устроился!..»
Джагерджак сцепив пальцы в кулаки, глухо стукнул ими об стену. Он засмотрелся в окно, не думая о пейзаже, не прислушиваясь к шороху переодевавшейся в ванной Куросаки, стараясь вообще ни о чем не думать… Откуда бралось это чувство? Откуда вообще возникали эти странные не испытываемые им прежде душевные волнения, когда Куросаки находилась рядом. Почему он вел себя так, а не вел себя, как прежде? Он уверенный до кончиков пальцев в себе самец стыдился даже в глаза ее посмотреть… А что же он будет делать дальше? Ведь ему предстояло рассказать ей о своих чувствах, поцеловать ее, наконец, показать, что он хочет большего. Признать, что она – весь мир для него, а он для нее – потерявший всякую волю котяра, с которым она вольна делать все, что захочет…
Гриммджоу усмехнулся, вспоминая: в их паре Куросаки удается быть победителем во всем. Сначала надрала ему задницу, теперь – вырвала его сердце…
- Гриммджоу?.. – Тихо позвала его девушка.
- А? – Мгновенно обернулся он на ее голос.
Она невольно залюбовалась им: мокрые непослушные пряди, блестящие глаза, полуоткрытые губы. Ее белая майка, оказавшаяся ему в облипку. Обтягивающие бедра джинсы. Странно, но могучая фигура Гриммджоу, скрытая под одеждой, выглядела еще сексуальнее, чем его неизменная дерзко расстегнутая форма на груди.
- Ты чего? – Изумленно посмотрел он на Куросаки, внимательно изучавшей его, точно видела в первый раз.
- Ничего… – Покачала она головой и спрятала глаза в рассыпавшихся прядях челки. – Ты… Ты говорил, что приходил ко мне каждую ночь в Общество душ... Как тебе это удавалось?
- Сначала Йоруичи помогала. Потом Кучики подключился…
